Слава богу, юноша более не произнес ни слова, пока они не оказались на улице. Саймон махнул своему кучеру.
— Это ты?.. — прошептал Кристиан.
— Да. — Боже, как он устал! — Тебя подвезти?
Кристиан моргнул.
— Спасибо.
Они сели в карету, и та тронулась с места.
— Тебе следует вечером найти его секундантов и обговорить условия дуэли. — Саймона одолела жуткая сонливость. В глаза словно песка насыпали, а руки тряслись. Утро было уже не за горами. И с его наступлением он либо убьет человека, либо умрет сам.
— Что? — переспросил Кристиан.
— Секунданты Куинси Джеймса. Тебе нужно выяснить, кто они, и договориться о месте и времени встречи. И тому подобное. Все как обычно. — Виконт зевнул. — Ты ведь будешь моим секундантом?
— Я…
Саймон закрыл глаза. Если он останется без Флетчера, то непонятно, как дальше быть.
— Если нет, у меня есть четыре часа, чтобы найти другого.
— Нет. Я имел в виду, да, — выпалил молодой человек. — Я буду твоим секундантом. Конечно, я буду твоим секундантом, Саймон.
— Хорошо.
В карете воцарилась тишина, и виконт впал в дремоту.
Голос Кристиана вырвал его из сна:
— Ты же пришел туда найти Джеймса?
— Да, — не открывая глаз ответил Саймон.
— Это из-за женщины? — искренне недоумевал компаньон. — Он оскорбил тебя?
Саймон едва не рассмеялся. Он и забыл, что есть джентльмены, которые дерутся на дуэли из-за таких пустяков.
— Нет, это слишком незначительно.
— Тогда зачем? — настойчиво допытывался Кристиан. — Зачем так?
Иисусе! Виконт не знал, смеяться ему или плакать. Был ли он сам когда-то таким же наивным? Саймон собрался с мыслями и попытался объяснить кое-что о темной стороне человеческой души.
— Потому что азартные игры — его слабость. Потому что он ничего не мог поделать, стоило мне присоединиться к игре. Потому что у него нет возможности мне отказать или как-то выкрутиться. Потому что он есть он, а я есть я. — Саймон наконец посмотрел на своего чересчур молодого друга и смягчил тон. — Ты это хотел узнать?
На лбу Кристиана пролегли морщины, словно он решал сложную математическую задачу.
— Не понимаю… Я впервые видел, как ты вызываешь соперника на дуэль. Мне показалось, несправедливо. И неблагородно вовсе. — Глаза Флетчера внезапно расширились, словно он только что осознал степень оскорбления.
Саймон принялся хохотать, да так, что был не в силах остановиться. У него даже выступили слезы на глазах. «О Боже, ну что за мир!»
Наконец лорд Иддесли смог выдавить:
— А с чего ты взял, что я благороден?
--
[1] Игра слов: Сай — сокращение от имени Саймон, а sigh[saɪ] с англ. — вздох; вздыхать.
Предрассветный туман, словно серый саван, ложился, клубясь, на землю. Он закручивался в водовороты у ног, просачивался сквозь кожу и ткань, замораживая тело Саймона до костей, пока тот пробирался к оговоренному месту дуэли. Впереди шел Генри, освещая дорогу фонарем, но туман приглушал свет, так что казалось, словно они бредут в тревожном сне. Рядом шагал странно молчаливый Кристиан. Он почти всю ночь искал секундантов Джеймса, договаривался с ними, оттого мало спал, если спал вообще. Впереди замаячил еще один огонек, и в утреннем свете проявились фигуры четырех мужчин. Вокруг их голов витали облачка выдыхаемого воздуха.
— Лорд Иддесли? — окликнул виконта один из мужчин. Это был не Джеймс, видимо, его секундант.
— Да. — Саймон выдохнул, и из его рта вырвалась струйка пара, которая вскоре рассеялась в холодном утреннем воздухе.
Мужчина подошел к ним. Он был средних лет, в очках и неопрятном парике. Вышедшие из моды несколько лет назад и явно поношенные сюртук и бриджи довершали его образ — образ человека, ведущего разгульную жизнь. Позади него нерешительно стоял мужчина пониже ростом, рядом с третьим, который, судя по короткому парику, присущему людям его профессии, и черному саквояжу в руке, был доктором.
— Мистер Джеймс приносит свои искренние извинения за любое оскорбление, которое он, должно быть, нанес вам, — снова заговорил первый. — Вы примите извинения и отмените дуэль?
Трус. Неужели Джеймс послал своих секундантов, а сам не явился?
— Нет, не приму.
— Ч-ч-черт вас побери, Иддесли!
Он все же здесь.
— Доброе утро, Джеймс. — Саймон натянуто улыбнулся.
В ответ послышалось еще одно незамысловатое ругательство.
