– Твоя компания специализируется на потоковом мультимедиа и «облачных» сервисах. Это не электронная коммерция, как у меня или Исикава. На рынке существует добрая дюжина компаний, с которыми ты можешь объединить свой бизнес…
– Но ни у одной нет такого плацдарма в Азии, – возразил Гаэль. – Это слияние может стать идеальным, чтобы объединить электронную коммерцию и потоковые медиа.
– Повторю то, что сказал тебе вчера: будут и другие сделки. Я готов оказать тебе любую помощь в их заключении, если ты отступишь сейчас.
Гаэль с силой стиснул стакан.
– Я не просил тебя о помощи и не нуждался в ней с тех самых пор, как пришел к тебе тринадцатилетним мальчишкой. Я просил тебя помочь мне найти мою мать, но ты даже слушать меня не стал.
Алехандро почувствовал стеснение в груди: это был стыд за дела давно минувших дней.
– Ты обвиняешь меня в мягкотелости, хотя сам до сих пор не можешь отпустить прошлое. Я не хотел вмешиваться в твои дела, не хочу этого делать и сейчас.
– Ты знал, где она, Андро. – Губы Гаэля побелели от ненависти. – Несмотря на то что отец лгал, говоря, что не знает, куда она делась. Ты знал, что она с ним в той богом забытой квартире, которую он держал специально для своих любовниц. Три недели я жил, не зная, жива ли моя мать.
– Но ты же нашел ее в конечном итоге, разве нет? – выдохнул Алехандро.
– Но не благодаря тебе. Ты ясно дал понять, что я для тебя – пустое место, ты не хотел, чтобы твой незаконнорожденный брат находился рядом с тобой. Я хорошо запомнил это.
Алехандро стиснул зубы.
– Что бы ты ни думал, я в то время был занят собственными проблемами, – сказал он, вспоминая, как пытался вытащить мать из пучины депрессии.
Гаэль поморщился и поставил бокал с виски, к которому так и не прикоснулся, на стол.
– Конечно, поддерживать имидж футбольной звезды среди старшеклассников, чтобы встречаться с самыми красивыми девчонками, было куда важнее, чем помогать мне, когда я просил об этом. Если твое лучшее предложение – это просьба отступить, то я понапрасну потратил свое время. – Он бросил быстрый взгляд на часы. – Я, пожалуй, пойду. Увидимся, брат, – отрывисто бросил он по-испански.
– Что ты хочешь взамен?! – крикнул ему вслед Алехандро, когда Гаэль уже взялся за дверную ручку.
– Что? – Гаэль замер на пороге.
– Что ты хочешь взамен того, чтобы отказаться от этой сделки?
– В нас течет одна кровь, Андро, – его глаза опасно потемнели, – и ни одна взятка не сможет изменить этого факта. Никакие деньги не стоят того, чтобы увидеть твое поражение. Хотя бы один раз, – сказал Гаэль и захлопнул за собой дверь.
Алехандро уперся руками в гладкую поверхность своего стола, стараясь выровнять дыхание. Он надеялся, что встреча пройдет лучше. Из всех воспоминаний о Гаэле, которых он силился избегать, именно эти недели, упомянутые братом, были самыми ужасными. Его мать предпочитала тонуть в вязком болоте своей депрессии, а не заботиться о своем сыне.
Застарелая обида и горечь наполнили его. Алехандро сел за стол и уронил голову на руки. Он не знал, сколько времени провел так, погрузившись в воспоминания. Лишь звук закрывающейся двери и стук каблучков вывели его из оцепенения.
Она переоделась. Серое шерстяное платье с высоким горлом заканчивалось на дюйм выше колена и открывало тонкие руки. Изящный браслет на запястье приковывал внимание к ее нежной коже. Коже, которую он только вчера попробовал на вкус. И он все еще жаждал продолжения.
С трудом подавив волну поднявшегося в нем желания, Алехандро молча наблюдал, как Элиза идет в свой кабинет. Сам того не осознавая, он последовал за ней. Элиза наклонилась над столом, чтобы взять какой-то документ. Облокотившись о дверной проем, он в который раз задался вопросом: что же такого было в этой женщине, что пробуждало в нем такое неконтролируемое желание?
Элиза обернулась и подпрыгнула на месте.
– Ой! Я тебя не видела. – Она протянула ему файл, который держала в руках. – Это то, чем я занималась сегодня. Мне бы не хотелось, чтобы ты думал, будто я отлынивала от работы все то время, что тебя не было в офисе.
– Я должен перед тобой извиниться. Прошлой ночью… Я не должен был реагировать…
– Как неандерталец?
– Я хотел сказать «непрофессионально». – Он с трудом сдержал улыбку. – Прошу меня извинить.
Элиза опустила взгляд.
– А мне бы стоило избегать столь… личных разговоров.
Это замечание напомнило Алехандро о том, что он хотел сделать. Он нажал кнопку интеркома:
– Марго, свяжитесь с отделом маркетинга и передайте, что с сегодняшнего дня все наши контракты с Брайаном Греем расторгаются.
Элиза ахнула.
– Э-э-э, да, сэр.
Алехандро повесил трубку. Губы Элизы задрожали, и она опустила взгляд.
– Ты не обязан был это делать, Алехандро.
– Тем не менее дело сделано.
