- Учитель спросил, готов ли я выполнить его задание - для меня была честью такая просьба. Тогда он сказал: 'Небо на западе затянули тучи. Тебе нужно переждать грозу на востоке. Жди, и я явлюсь тебе во сне'. Только эти три коротких предложения... Мне оставалось лишь кивнуть в ответ, хотя я так ничего и не понял. Выполняя волю учителя, ранним утром я покинул Сковос и отправился на восток. Заходя в деревушки или встречая путников на дороге, я слышал одно и то же: слухи о распаде Союза четырех. Мне это казалось пустыми сплетнями. Я достиг подножья гор, когда до меня дошла весть о том, что Сковос до основания уничтожен вандами. Как мне хотелось броситься назад!.. Но я не посмел ослушаться учителя. Меня не покидала мысль, будто он хотел, чтобы я выжил в этой войне. Скрипя сердце, я продолжил путь в неизвестность. И вот однажды, когда первые морозы сковали землю тонким льдом, мне приснился сон, который я помню по сей день. Белый, как парное молоко, туман окружил меня. Я шагнул вперед, а навстречу мне вышел учитель. Он сказал, что это место - преддверье мира мертвых, поэтому живому нельзя долго находиться здесь. Затем он взмахнул рукой, и мне явились видения - берег реки, текущей посреди равнины, и земля, пропитавшаяся кровью четверых людей. 'Ты должен указать старшим это место, - сказал учитель, кивая на устье реки, впадающей в море. - Здесь они найдут меня и моих братьев'.
Отшельник разлил отвар в плошки. Сая попробовала отказаться, но он с силой всучил ей пахучее варево.
- Ты не ела весь прошлый день, твои силы на исходе, так что пей, - сказал он строго.
- Пока мы сидим здесь, попивая отвар, стражники могли уже дойти до Убежища! - вспылила Сая.
- Изгоем больше, изгоем меньше - кто заметит? - пробормотал Отшельник, размешивая золу в очаге. - Наш разговор куда важнее... Наказ учителя мной был исполнен в точности. Вернувшись на родину, я рассказал старшим ученикам свой сон. Они отправились в указанное место, где им удалось отыскать останки Великих. Вопреки ожиданиям, создание единого Саркофага не укрепило братские чувства между народами. Союз распадался. По прошествии несколько десятков лет мой народ принял тяжелое решение оставить родные земли. Но для того, чтобы исполнить задуманное нашими магами, кто-то один должен был остаться. Я вызвался сам, и собратья приняли мою жертву. Они ушли, оставив родные земли на мое попечение. По руслу Тиуры от Окраинного моря до Грозовых гор - и дальше на север, где чаща становится непроходимой, я собственной кровью начертил непрерывную цепь рун. Не просто хранитель - я часть северных лесов. Мне никогда больше не переправится на южный берег Тиуры! Мои слуги разорвут любого, кто представляет угрозу для леса. Здесь, в уединении и тишине я посвятил себя изучению перепутий, ожидая, когда Саркофаг напоится кровью потомков четырех.
Отшельник встал, распихивая ногами шкуры. Сая увидела, что в центре комнаты на каменном полу высечен круг, в который была вписана звезда с пятью лучами. Ее острая вершина смотрела на север.
- Я звал тебя за этим, ведающая Водой! Погляди! Это - священный круг пяти стихий.
- Пяти? - не поняла Сая.
- Верхняя вершина символизирует мир духов, - Отшельник вытащил из-за пазухи мешочек с рунами. - Только здесь, в сердце Святилища моах, я могу перенести тебя в междумирье без опасений для твоей жизни. Я предлагаю тебе встретится с тем, кого ты уже видела - только он один расскажет всю правду о священном для вас Саркофаге! Если хочешь, я могу одновременно снять печать с твоих сил...
- Начинай уже! - оборвала его Сая, заходя в круг.
Отшельник опустился на колени и принялся выкладывать внешний круг из плотного кольца рун. С последней из них ноги Сайарадил подкосились, и она упала, с размаху ударившись о каменный пол. Из ее носа потекла тонкая струйка крови. Отшельник дернулся было к ней, но замер - входить в круг во время совершения ритуала было запрещено.
***
- Сайарадил, встань!
Сая открыла глаза и поспешила подняться на ноги: ей показалось, что она уснула на уроке в Храмовой школе. Она стояла посреди белого тумана - казалось бы, привычного, но на этот раз что-то неуловимо изменилось. Туман вроде бы стал реже и не лежал, как раньше, неподвижно, а клубился, словно пар или кучевые облака.
- Лейв? - позвала Сайарадил.
- Оглянись, - раздалось за спиной.
Сая обернулась и охнула, одновременно отскакивая в сторону. Позади нее стояла величественная статуя из белоснежного камня. Статуя изображала обнаженного мужчину, сложившего на груди руки. Черты его лица были вырезаны слишком резко, как будто скульптор пытался подчеркнуть твердость характера своего натурщика: высокие скулы, квадратный подбородок и напряженные морщины на переносице - казалось, что этот мужчина способен вынести все невзгоды, что выпадут на его долю.
- Это мой настоящий облик, - сказал голос; казалось, что говорит сама статуя.
- Я узнала тебя, - прошептала Сая.
- Нужно держать какую-то форму, чтобы не сойти здесь с ума, - проворчала статуя, не размыкая губ.
