— А я вот гулял, осматривал старый парк и невольно думал о нашей первой встрече, — улыбнулся Рихард. — Прямо-таки врезалась в память, — и он красноречиво потер шрам на лбу, заставив Рэлико тихонько рассмеяться.
— Неужто не сойдет? — спросила она.
— Какое-то притирание посоветовали, но к чему мужчине тревожиться о таких вещах? — пожал плечами молодой человек. — А вы просто гуляете или куда-то направляетесь? — уточнил он, видя, как она уверенно, по привычке, свернула к широкой тропке, даже не посыпанной гравием.
Спохватившись, Рэлико в первый миг смутилась, во второй — порадовалась, что он ее вовремя окликнул. Не было ни малейшего желания рассказывать лорду Этару историю этой елочки… как и видеть его на той полянке. Как-то сложилось, что в ее представлении это было место лишь для двоих — нее и Ланежа… Прийти туда с кем-то другим — кощунство!
Да и вообще — неприлично же! Вдвоем, наедине, в глубине старого парка… ни сопровождающих, ни даже просто прохожих!
— Нет, я просто вышла прогуляться, господин. Увлеклась беседой и не туда свернула, со мной бывает… сами знаете.
Пришел черед Рихарда усмехнуться.
— К тому же вот-вот придет пора возвращаться: матушка ожидает к обеду, — чуть слукавила девушка: никто ее так рано дома, разумеется, не ждал, обедали в их семье поздно…
— Позволите проводить? Хотя бы до ворот?
Отказать Рэлико не смогла.
Что-то подумают зеваки, когда увидят ее с самим лордом Этаром?
Смотрели на них так, словно у ее спутника две головы, а у нее — все три! Смотрели и перешептывались. Рэлико то краснела, то бледнела, невпопад поддерживая беседу. И никак не могла понять — по вкусу ей такое вежливое внимание со стороны лорда или… не очень?
Заметив ее смущение, Рихард тактично сам свернул с главной дороги на тропу, отгороженную густым кустарником от главной дороги, ведущую в том же направлении. Там девушка немного воспрянула духом.
— Кстати, я ведь сам здесь не просто так гулял. Матушка предложила старый парк переделать, — поделился с ней лорд. — Облагородить. Садовую часть оставить без изменений, а вот дикую… выкорчевать разросшиеся кусты, сделать хорошие лужайки, убрать лишние побеги…
— Нет! — вырвалось у Рэлико, едва она представила, как снова выкорчевывают ее жизнелюбивую елочку.
Ее спутник удивленно взглянул на нее.
— Простите, — смешалась девушка, опустив глаза. Затем, не вытерпев, снова подняла на Рихарда умоляющий взгляд. — Я просто очень люблю старый парк. Именно этот, дикий… Конечно, решать вам, и делать нужно так, как будет лучше для всех… но это ведь самый настоящий кусочек леса, такого же, как за стенами города. Там и воздух чище, и цветы другие, и тишина совсем лесная, и деревья некоторые уж сотни лет стоят… Жалко мне его. Очень. И многие тот парк заповедным считают, сказывают, там даже духи леса и земли обитают — не просто так ведь его не трогают…
— Вот как… — Рихард заметно смутился. — Простите, не знал. Матушка это предложила лишь из опасений, что может вновь произойти случай вроде моего. Но я ее отговорю, раз этот парк так дорог горожанам… и вам, Рэлико, — чуть тише прибавил он низким голосом.
— Ну наконец-то! — вырвалось у нее. — А то заладили — все госпожа да госпожа… ой!
Сообразив, что сказала лишнего, Рэлико даже рот руками зажала.
Рихард в первый миг был ошеломлен, во второй, не сдержавшись, рассмеялся. Не на такой ответ он рассчитывал, не так должна девушка реагировать на собственное имя, слетевшее впервые с губ ухажера!.. Но Рэлико Арен была не похожа на других. Этой чистотой помыслов, отсутствием всяческого кокетства и открытостью она ему и нравилась.
Пожалуй, так даже лучше. Не время сейчас.
— Может, и вы меня в ответ будете звать по имени?
— Ой, нет, — тут же отказалась Рэлико. — Неудобно…
— Отчего же? — с легкой обидой спросил он.
— Так вы же племянник деодара!
— Двоюродный! — возмутился он.
— И что? Факт от этого не меняется.
Не сдержавшись, Рихард снова рассмеялся.
— Вы замечательная, Рэлико, — вздохнул парень. Впереди показались ворота, и он негромко произнес: — Я надеюсь на следующей неделе нанести вам новый визит… если не будет неудобно.
Рэлико аж вздрогнула. Впервые у нее спрашивал, не у папеньки!
— Нисколько. Мы всегда вам рады, к тому же это большая честь для нас.
— Я прихожу не просто из благодарности, мне нравятся ваши родители и атмосфера в вашем доме. Простая, уютная, без церемонности и пышности… В вашем доме приятно находиться.
У ворот Рихард, кашлянув, поклонился и прибавил:
— Что ж… Передавайте от меня привет вашим досточтимым батюшке и матушке.
— Благодарствую, господин Этар!
Откланявшись, он ушел, а Рэлико двинулась к дому по любимой Пекарской улице. Идти в парк повторно явно не следовало. Лучше уж завтра сходит… и пораньше!
Бог весны, надежно укрытый шлейфом цветочного аромата и облетающих лепестков вишен, удовлетворенно улыбнулся.
