— Ты и останешься моей наликаэ. Этот знак… — Ланеж поднес было руку ко лбу Рэлико, но снежинка ярко и сердито полыхнула, не дожидаясь прикосновения. От удивления он едва не сбился с мысли. — Этот знак вовсе не обязывает тебя принимать обет безбрачия, Рэлико. Даже для жрицы это не обязательно, а наликаэ и вовсе вольна в своем выборе… Земная любовь не вызовет гнева бога.
Ревности, зависти — о да, сколько угодно. Но он не будет злиться на нее за любовь. И в доказательство…
Ланеж сунул словно онемевшую, непослушную руку в один из незаметных карманов на своем одеянии и извлек на свет маленькую ледяную шкатулочку. Он хочет снова увидеть безыскусное волнение и восхищение в ее глазах.
Он должен привыкнуть баловать ее как свою наликаэ. Не более и не менее.
— Я хочу сделать тебе небольшой подарок.
Поманил словно оглушенную его словами Рэлико к себе и поднял крышку.
Серьги?
Рэлико удивленно и еще более растерянно уставилась на него, окончательно перестав понимать, что происходит.
В душе разом перемешались все чувства, слипшись в невнятный комок. И радость от того, что даже теперь Ланеж хочет о ней позаботиться, и печаль, вызванная ровно тем же.
Выходит, в его заботе прежде не следовало усматривать нечто особенное?
Прежде ей казалось, что она его понимает… а теперь как ни силилась — не могла разгадать.
— Это северные камни, — тихо продолжил Ланеж, и Рэлико против воли прислушалась. — Тамошние народы считают, что в них заперто Северное сияние, со всеми его переливами.
— Красивые… — тихо выдохнула девушка, поневоле залюбовавшись серьгами с тяжелыми темно-зелеными камнями, по которым пробегали радужные всполохи. — Очень красивые!
На миг она погрузилась в странную иллюзию. Словно ничего и не изменилось. Словно и не было никакого Рихарда и ее рассказа… Словно не прозвучало это спокойное «Иди, конечно».
То есть с ее стороны достаточно просто быть наликаэ, да? Просто позволять себя радовать, получать знаки привязанности бога и этим ограничиться?
Интересно, что же это за привязанность такая? Вроде отеческой? Или дружеской, но при этом и покровительственной?
— Примешь? — тихо спросил он, и в тоне его вдруг прозвучало странное напряжение.
Рэлико стало стыдно. Все о себе да о себе думает…
Улыбка далась не сразу, но Рэлико сделала над собой усилие, чтобы не расстраивать своего бога. Тем более что все его дары она будет чтить и ценить одинаково. Потому что получены из его рук.
— Как не принять? Спасибо тебе, Ланеж! За то, что даже теперь… — голос дрогнул, и она умолкла. — За заботу и доброту спасибо, — все-таки договорила девушка.
И шкатулочку бережно поставили на ее ладошку.
Даже холода не почувствовала.
Тот же Анихи говорил, что любовь к богу и любовь к мужчине — очень разные вещи. Может, за любовью к богу она попросту не заметила любви к Рихарду? Может, религиозный пыл перекрыл более простое земное чувство? Она ведь так ждала Ланежа, столько думала о нем…
Боги, как же справиться с этой тупой болью в груди?
— Я желаю лишь твоего счастья, Рэлико, — тихо произнес Ланеж — и, не удержавшись, кончиками пальцев погладил ее рыжие волосы. — Более ничего.
Ее счастья?..
Что ей делать, когда от этих слов сердце заходится одновременно от отчаяния и радости?!
Рэлико беспомощно подняла взгляд к красивому лицу бога, протянула было к нему дрожащую руку…
Но он вдруг исчез, словно рассыпавшись мириадами снежинок, а она, пошатнувшись от неожиданности, осталась стоять в заснеженном старом парке.
— Ланеж?! — удивилась и одновременно испугалась Рэлико. Неужто лишнего себе позволила?! — Ты что? Где ты? Почему исчез?
Но ответа не было. Зато был звук шагов, который она только сейчас сумела разобрать. Ледяная шкатулочка хрупнула и разлетелась снежной пылью. На дрогнувшей ладони остались лишь серьги, красивые, изящные…
— Рэлико? — раздался знакомый голос.
Кто-то направлялся сюда.
Точнее, не кто-то, а Рихард Этар. Его голос она узнала сразу же.
— Ты здесь?
За деревьями уже мелькал темный силуэт.
Такой чуждый в этом месте…
Вот почему Ланеж исчез.
Первая встреча за целый год — и вот так закончилась!
Рихард, конечно, не виноват, но…
Запоздало по щекам стекли слезы обиды на судьбу, разочарования и боли от того, что все вышло именно так. Рэлико поспешно их стерла, пытаясь взять себя в руки. Не время сейчас для слез!
Подморозило — красноту глаз и щек легко списать на погоду…
Спохватившись, сунула серьги в карман платья. Объясняться с Рихардом на их счет ей совершенно не хотелось.
— Гуляешь здесь? — улыбнулся молодой человек, но улыбка эта показалась растерянной и огорченной девушке принужденной.
— Да…
Рихард так и подумал, увидев следы, ведущие прочь с расчищенной дороги. Он уже видел, как Рэлико, задумавшись, норовит сойти на узкую тропку, ведущую в лес.
Оставалось надеяться, что она сумела разрешить свои сомнения.
— Одна?
В голосе странное напряжение.
— …да.
Теперь и впрямь одна.
Ланеж ведь ушел. Скрылся опять за снежным занавесом — и ушел.
И ничто не решилось, все осталось по-прежнему… Только боль в груди стала сильней.
Ланеж желал ее счастья… Но как понять, ведет ли эта дорога к счастью?
