— Мы ждём не первый день, — мягкий укор, словно она виновата в том, что путь от срединных земель такой дальний. — Когда привезут духов?
— Завтра к закату. С предпоследнего пункта нынче прилетел голубь. Одна группа спешит сюда с добычей, вторая пытается отыскать последнего духа, зимнего.
В реальности сна кочевница ни на миг не усомнилась — лишь порадовалась, что может сообщить благую весть своему богу, об освобождении которого мечтала. Какие почести будут ее ждать! Он благословит ее, по-настоящему, сотрет с ее лба чужую метку, поставит наконец свою… И она посвятит ему свою жизнь! И возможно… она ведь очень красива, так почему бы ему не заметить ее красоту, почему бы не приветить ее так же, как то сделал Анихи?..
И у этих зыбких желаний, видно, есть шанс исполниться! Разве не почтил ее Сньор своим присутствием? Разве не пожелал нынче сблизиться с ней? Бог пришел сам, вместо того чтобы призвать ее к алтарному камню, вчера установленному, по его повелению, в новом месте. Кочевники сдвинулись еще дальше на юго-восток, немного сократив путь тем, кого ждали.
— Тогда начинай обряд немедля, жрица. У тебя ровно сутки — эти сутки ты не будешь ни есть, ни пить, лишь читать молитвы и очищать сознание. Призывай силу весны — она ничто пред силой зимы, но тебе понадобится каждая крупица. Попытка всего одна, потому слушай внимательно.
Сачирэ покорно превратилась в слух, про себя замирая от исступленного восторга. Уже! Началось наконец!
— Завтра, через три часа после полуночи, мертвого часа, на изломе черной зимней ночи, ты выйдешь к алтарю в белом облачении, которое должна была подготовить, и начнешь ритуал. В серебре и прозрачных камнях, иных украшений не дозволяется — это зимние символы. Я уже говорил, что ритуал и без зимнего духа пройдет как надо. Главное, помни: на горе не должно быть никого, кроме тебя и тех, кому ты дозволила касаться дарованного мной камня. Духов выпускать в строгой последовательности, как я указал.
— Я помню, о великий. Исполню все в точности. Я выучила каждое слово, увековечила в памяти, и в эту ночь, в эту сладостную ночь… клянусь, я не подведу тебя! Ведь ты принесешь нам всем благо, очутишься наконец на свободе, и мы с радостью будем служить тебе и дальше, осененные твоей благодатью!
Однако вместо благодати от силуэта бога повеяло незримой, но ощутимой тьмой.
Сачирэ на миг насторожилась, но в следующий миг он простер к ней руку, словно благословляя, и ее душу вновь заполнило восторженное ликование.
— В таком случае пробудись, моя жрица. Тебя ждут великие свершения.
Тяжело дыша, она проснулась, резко села на постели, прижала руку к груди, пытаясь унять бешеный стук сердца. Вытерла со щек и висков слезы, подтверждавшие: не сон, но видение, посланное богом.
Снова откинулась на подушку, силясь сдержать рвущийся из груди восторг.
Она действительно знала все назубок. Сутки до ритуала — не спать, не есть, не пить, будет легче войти в транс. Принести последние жертвы духам — каждому по силе его. Молиться у алтаря, заряжая камень силой. В полночь, мертвый час, расставить духов по сторонам света. Центр будет пустовать…
Сколько она учила все это? Сколько раз представляла себе, как выйдет к черному алтарю в текучем белоснежном платье, в серебряном уборе с алмазами и фианитами, окруженная лучшими воинами, несущими окаменевших духов? Сколько читала молитвы перед ними, сколько приносила жертв, чтобы те набрали больше силы для ее бога?
Начнется все с уединенного бдения в снегу и перечисления зимних духов… Ее богу ведь понадобится сила зимы, чтобы погасить жгущий его подземный огонь.
Сачирэ принялась лихорадочно одеваться.
Что ж, Сньор вполне разделял ее чувства.
Он обратил взор пустых глазниц к потолку, цепляясь за него усилием воли, позволяя магме течь сквозь себя. Что угодно, лишь бы его вновь не отнесло потоком в сторону от алтаря. Это последние сутки его заточения.
Страх обжигал не хуже подземного огня, страх того, что все сорвется, что его предадут, что силы духов не хватит…
Он сдерживал себя, терпел, не позволял себе метаться зря в огненном озере.
Она не предаст. Маленькая алчная и честолюбивая кочевница напитала его самого немалой силой за это время, исправно совершая ритуалы в его честь, так что он ударит снизу, если будет необходимость.
Это главное испытание. Не поддаться ни надежде, ни страху. Идти избранным путем, держась между ними. Это сложнее всего, но он справится. И тогда…
Очень скоро — уже завтра, вечный Хаос! — мир вновь содрогнется под его поступью!
Ланеж тщетно искал отряды кочевников. Духи подсказали примерное направление, но и оно не особенно помогло. Следы быстро занесло снегом — он же сам собрал здесь вьюжные тучи, когда выручал Рэлико…
