– Дюша, соглашайся, я чувствую, это хорошее предложение, – вставила своё мнение Ирина и, наклонившись ко мне, поделилась: – Знаете, я всегда чувствую, что хорошо, что плохо. Я и когда Дюшу встретила, сразу поняла – он хороший. Мама говорила: «Подожди, узнай кто он, чем занимается, кто родители?», а я сразу согласилась к нему переехать. – И без всякого перехода, кивнув на мою тарелку, она спросила: – Я заметила, вы жирную пищу любите? А как форму поддерживаете, если не секрет?
– Жирную пищу? – переспросила я, вновь растерявшись от её вопроса.
– Ну да! – с пудовой безапелляционностью подтвердила она. – Я ещё, когда вы заказывали, обратила внимание. Это же тысячи калорий! Так вы ещё и маленькая такая! Вам и калорий меньше надо, чем мне, например.
Ирина ждала ответа, а я молчала – я никогда не умела отвечать на «интеллигентное» хамство.
– Маленькая, пойдём, потанцуем, – пришёл на помощь Серёжа.
И едва мы зашли за колонну, как он стиснул мои плечи и шёпотом воскликнул:
– Лидка, ты хочешь детей?! – Он хохотнул прямо в моё ухо. – Девочка, ты сказала не ребёнка, ты сказала детей! Ты хочешь от меня детей! – Он прижался к моему рту быстрым горячим поцелуем и повлёк меня по лестнице вниз.
Начали мы нежным танцем. Губы Серёжи подрагивали от сдерживаемой улыбки, в глазах прыгали счастливые бесенята. Дальше, с каждым брошенным мною из-за плеча взглядом, с каждым расставанием наших тел и последующим объятием в кружении, взгляд Серёжи менялся – густел, наполняясь желанием. Постепенно наращивая темп, танец завершился пламенным вихрем.
Андрей наблюдал за нами, застыв посредине лесенки, и встретил бессвязным набором восклицаний:
– Лидия! Вы… Сергей Михайлович! Я не знал, что вы танцуете?! А Лидия!.. Вы… вы прекрасны! Не могу найти слов… Лидия, позвольте, я поцелую вашу руку. – Совершённое действие привело его эмоции в относительное равновесие, и он вернулся к связной речи: – Это так красиво! Вы брали уроки танца, Сергей Михайлович?
– Да, я учился танцу. А Маленькая…
– А Маленькая учится у тебя.
– А Маленькая, кажется, родилась с умением танцевать.
– А я много раз думал всерьёз заняться танцами, даже клуб любителей вальса посещал. Но танго! Танго – это моя мечта! Танго так красиво, так страстно! А вы! Вы… – и он снова захлебнулся восторгом.
Под его восторженные эпитеты мы и вернулись в кабинет. Ирина громко щебетала по телефону, увидев нас, прикрыла экран рукой, беззвучно и широко раскрывая рот, сообщила: «Папа», и, вновь отвернувшись, защебетала вновь.
Я заказала чай, мужчины – ещё пива, Ирина обошлась без слов, ткнув ногтем в карту меню, распахнутую перед ней официантом.
– Андрей, вы так и не рассказали о достопримечательностях города, – обратилась я с той же просьбой. – Завтра мы хотим прогуляться по набережной Теплы, заглянуть на… – я посмотрела на Серёжу, – как это?
Он подсказал:
– Млынская колоннада.
– Млынская, в переводе Мельничная, – пояснил Андрей. – Летом по галерее колоннады гулять было бы куда приятнее. Там акустика превосходная, и летом проходят концерты. Ещё можете посетить Гейзерную колоннаду, взглянуть на двенадцатиметровый гейзер. На завод Мозера можно съездить. – Он вдруг оживился. – Если интересуетесь, в картинной галерее проходит выставка современного искусства. Хотите, сходим вместе, я ещё не был.
– Договорились! Утренние процедуры у нас заканчиваются в одиннадцать часов. Давайте встретимся… Серёжа, во сколько?
– Часа в два.
Подруга Андрея распрощалась с собеседником громким чмоком, отключила телефон и, постучав по экрану ногтем, сообщила:
– Дюша, тебе от папы привет, а от мамы поцелуй.
Она простёрла руку к Андрею, двумя пальцами захватила мочку его уха и потянула к себе. Он обхватил её запястье.
– Рина, перестань!
– Ну должна же я передать тебе поцелуй мамы, – заявила она. И вновь заныла: – Не будь буукой, Дюшаа.
Сцена была отвратительной. Андрей захолодел взглядом, Ирина, надув губы, отпустила его ухо, он – её запястье. Не знаю, удалось ли нам обмануть Андрея, но мы с Серёжей сделали вид, что, всецело поглощённые друг другом, сцены этой не заметили.
Внутренне оправившись, Андрей спросил:
– Сергей Михайлович, расскажите о сфере ваших интересов в Чехии. Чтобы принимать решение о сотрудничестве, надо знать, с чем будешь иметь дело.
– Дело не ограничится Чехией, Андрей. В твою сферу деятельности будет входить Польша, Венгрия. Сейчас я веду переговоры с Черногорией.
Неспешно обсуждая дела, мужчины пили пиво. Я пила чай и слушала их разговор. Притихшая и демонстрирующая обиду Ирина попивала вино, повернувшись к столу боком. Через некоторое время она коснулась моей руки и шёпотом поинтересовалась:
– Вы не знаете, где здесь дамская комната?
– Я видела указатель напротив гардероба.
– Спасибо. – Она встала и, покачивая бёдрами, направилась к выходу. Платье обтягивало её, как водолазка, являя взору совершенство форм.
Серёжа онемел на полуслове, и только тогда, когда Ирина скрылась из глаз, к нему вернулась способность говорить, и он закончил фразу. Я опустила глаза в тарелку, круша вилкой свой сливовый пирог.
– Лидия… – отвлёк меня Андрей.
