Только в салоне Щербань увидел, что он не один. Кроме него, здесь находились еще двое. Высокий худой мужчина с горбатым носом тасовал карты. Второй, толстый, жадно смотрел на руки соседа.
Вероятно, Александр заинтересованно глянул на неожиданных попутчиков, потому что худой вдруг предложил:
– Хотите перекинуться? Ехать все равно долго. На Ленина произошла авария. Там большая пробка.
Щербань потянулся к дверной ручке:
– Тогда я пойду пешком.
– Ну и напрасно. – Толстый кинул карту напарнику. – Мы вот этого делать не собираемся. Доедем с комфортом, а может, и деньжат подзаработаем.
Почему тогда у Александра не родилось чувство опасности, он не знал. Страсть взяла свое.
Откинувшись на сиденье, мужчина кивнул незнакомцам:
– Сдавайте.
Обрадовавшись новому лицу, худой еще раз принялся тасовать колоду. Дрожащими руками Щербань брал карты.
Впоследствии он не мог объяснить даже самому себе, как все произошло. Словно находясь под гипнозом, он принял предложенные ставки. А дальше все закрыла пелена азарта.
Сколько времени продолжался этот кошмар, Щербань не помнил.
Худой вдруг остановил игру, собрав карты:
– На сегодня достаточно, Александр Кузьмич. За вами две тысячи рублей.
Не веря своим ушам, Щербань переспросил:
– Сколько, вы сказали?
Теперь уже подключился толстый:
– Ровно две тысячи.
Этот проигрыш не огорчил бывшего эпроновца.
«Все оттого, – рассуждал он по дороге домой, – что я давно не держал карты в руках. Несколько дней тренировок – и я буду в прибыли».
Разумеется, он и предположить не мог, что выигрыша ему не видать, как своих ушей. Новые знакомые использовали крапленые карты.
На следующий день они встретились на чьей-то заброшенной даче, и Александр проиграл еще две тысячи.
Старая страсть захватила его. День и ночь он думал только об игре, прокручивая в голове причины поражения и выискивая резервы для победы.
– Ничего, я еще насобираю жене на вторую шубу.
Однако его честолюбивым мечтам не суждено было сбыться. На седьмой день знакомства, огласив астрономическую сумму долга, новые знакомые сказали Александру, что не будут играть с ним до тех пор, пока он не вернет долг.
– Так может продолжаться до бесконечности, – парировал толстый заверения Щербаня в уплате денег. – Кто знает, а вдруг вы водите нас за нос.
– Даем вам три дня сроку на сборы всей суммы, – согласился с ним тонкий.
Вернувшись домой, Александр сел в кресло и обхватил голову руками. О таких последствиях он не думал. Теперь, когда пришло время расплаты, на ум не приходило ничего путного.
