- А это все оттого, что у меня нет канифоли, - спокойно отозвался скрипач, ни на секунду не прерывая своего пиликанья. - Смит, будьте добры, загляните-ка под стол. Там лежит кожаный мешок, в котором должен найтись хоть маленький кусочек канифоли.
- Нет, уж лучше вы вовсе прекратите вашу игру и уберите под стол, поближе к канифоли, и вашу скрипку!
- Черт знает что такое! - возмутился Робин. - Нужно затыкать уши, если они такие нежные и не могут переносить моей музыки! - Недовольный своими неблагодарными слушателями Робин вышел из комнаты.
Подача голосов пошла обычным порядком.
- Как ваше имя? - спросил Геккер у подошедшего к столу вслед за Госло фермера, чтобы подать свой голос.
- Катлин.
- Сколько времени живете вы в нашем штате?
- Семь месяцев.
- А в нашем округе?
- Восемь недель.
- Так как вы почти никому не известны, то должны принять присягу в верности ваших показаний. Согласны?
- Конечно.
- Секретарь! - сказал судья. - Примите его присягу тотчас же.
Секретарь судьи быстро пробормотал установленную форму присяги и поднес фермеру, назвавшему себя Катлином, Библию, чтобы тот в подтверждение своих слов поцеловал ее. Эта процедура закончилась словами принявшего присягу: «Да поможет мне Бог!»
- Это ему дьявольски необходимо! - сострил Кук, зевая и потягиваясь у кровати.
Выборы продолжались два часа. Наконец все собравшиеся избиратели подали свои голоса. Оба секретаря уже собирались закончить список и закрепить его своими подписями, как несколько голосов, раздавшихся в это время на дворе, закричали, чтобы они подождали, - приехал старый Баренс.
- Я рад, что поспел как раз вовремя, господа! - радостно воскликнул он, входя в хижину. - Все-таки один лишний голос в пользу Вателя не помешает. Правда, он иногда перехватывает лишнее, но это еще не особенно большой недостаток, если пить с умом. Ватель быстренько справляется с хмелем, и тогда он именно такой человек, какого нам нужно. Пишите, Геккер, что я подаю голос за Вателя.
- Готово, дружище! Хорошо, что вы поторопились, а то мне сейчас нужно уже отправляться. Иначе я не успею попасть к известному часу в одно место.
- Это что еще за место?
- Мне нужно отправиться на ближайшее соленое болото, не хотите ли составить мне компанию?
- Ну уж дудки! Вы сегодня никуда не пойдете, а останетесь с нами. Мы будем пить, есть, веселиться, а завтра все отправимся по делам. Сегодняшний день должен быть отпразднован, а то не стоило стольким почтенным людям тащиться за несколько миль только для того, чтобы записать свое имя на бумаге. Ведь мы спрыснем наши выборы, ребята, не так ли?
- Что дело, то дело, Баренс! - весело отозвался Кук, подходя к столу. - Уж таков у нас обычай, чтобы изрядно промочить горло на выборах. Я принес с собой две оленьи шкуры и променяю их на вино. Вот вам и начало! А какова у вас охота, Баренс? Убили сегодня что-нибудь?
- К сожалению, ничего, но зато я был свидетелем такой охоты, что, право, про нее следует послушать. Погодите же, Геккер, вы всегда успеете отправиться на свои соленые болота. Торопиться же вам некуда, все равно сегодня ничего не убьете.
- Ну, ну, рассказывайте, в чем дело!
- О, это было что-то невероятное. Слушайте. С час назад я ехал из Фурш-ла-Фава. Недалеко от больших утесов, которые всем вам, друзья мои, прекрасно известны, я заметил огромного орла, который, распустив крылья, большими кругами парил над водой. Я, как вкопанный, остановился, готовясь тотчас же спустить курок, лишь только он приблизится ко мне на расстояние выстрела. Вы, конечно, знаете, что нет более удобной цели, чем парящий в воздухе орел. В тот момент, когда я спокойно выжидал удобного положения, орел, как камень, ринулся в реку и почти тотчас же поднялся, унося в клюве большого угря.
- Только и всего? Да что ж тут удивительного? Мне сколько раз приходилось наблюдать подобную охоту орла за рыбой!
- Э, почтенный господин, будьте потерпеливее. Дайте мне время сначала рассказать по порядку все, как было, а затем уже беритесь решать вопрос, удивительна моя история или нет. Совершенно с вами согласен, что в такой охоте нет ничего оригинального и что всякий охотник, хоть немного постранствовавший по обширным полям, рекам и скалам нашей благодатной родины, мог наблюдать подобное зрелище, но дело вовсе не в том. Слушайте, орел, поднимаясь все выше и выше, продолжал держать в клюве угря, которого наконец и проглотил. Теперь, подумал я, орел утолил свой голод, и ему больше незачем спускаться на землю, и, следовательно, нечего и мне торчать здесь с наведенным ружьем. Я спустил курки, взял ружье на плечо и готовился идти дальше. Вдруг я заметил - клянусь, все рассказываемое мною чистейшая правда, - что угорь стал выползать из глотки орла. Орел сначала не обратил было внимания на это обстоятельство, но, когда заметил, что его добыча целиком выскользнула из клюва, бросился в погоню и - да не будьте так недоверчивы к старому Баренсу, видавшему на своем веку вещи и поудивительнее этого, - настигнув ее в воздухе, проглотил снова, прежде чем хитрый угорь успел коснуться поверхности воды.
