— Простите. Я не имею права спрашивать об этом, — в глазах молодого человека загорелись озорные огоньки.
Винценц метнул в него еще один сердитый взгляд.
— Во-первых, это не твое дело. Во-вторых, с чего у тебя возникла такая абсурдная идея?
— Я просто подумал… — Матис усмехнулся. — Она ведь красива и богата. Я вовсе не считаю, что это абсурдная идея. Вы занимаетесь тем же ремеслом, что и она, и вообще.
— Что вообще?
— Да она, как только вошла, глаз с вас не сводит.
— Это говорит лишь о ее интересе к фехтованию, а не ко мне, Матис.
— Уверены, мастер Винценц? Тогда почему она смотрит так сурово? Вы ведь неплохо управляетесь с мечом?
— Смотри, как бы тебе не выронить свой.
— Так вы не сватаетесь к ней?
— Ни в коем разе!
— Тогда о чем вам с ней говорить?
— О предмете, о котором тебе, сопляку, знать не полагается. Я ведь расследую убийство мужа госпожи Алейдис. Ты не находишь, что это достаточный повод увидеться с ней?
— Вечером в школе фехтования?
— Дело не терпит отлагательств.
— Тогда почему вы заставили ее стоять там и ждать почти полчаса? — спросил Матис и добавил с усмешкой: — Да еще и смотреть, как вы упражняетесь.
— Я не упражняюсь, мальчик, это ты упражняешься. И позаботься о том, чтобы следующее упражнение, которое я для тебя приготовил, не стоило тебе головы и шеи!
Без предупреждения Винценц нанес серию ударов, которые немало удивили Матиса. Но он умело защищался.
Вскоре Винценц объявил, что урок окончен. Ему нужно было выкроить время для Алейдис до прихода следующих учеников. В ожидании, пока Матис соберет свои вещи и уйдет, Винценц вернул мечи в закрепленные на стене держатели, затем подошел к скамье, на которой лежала его одежда, и взял удобный кинжал с гладкой рукояткой, которая хорошо ложилась в руку, и острием длиной примерно с ладонь. Он пристегнул неприметное оружие к поясу и наконец подошел к Алейдис, которая смотрела на него внимательно и выжидающе, но все же с оттенком неодобрения.
— Госпожа Алейдис, — приветствовал он ее коротким поклоном. — Простите, что заставил вас ждать. Но теперь я в вашем распоряжении, и у нас есть целый час.
Алейдис взглянула на слугу. Казалось, они безмолвно что-то обсудили между собой. Наконец, Зимон едва заметно пожал плечами, после чего она повернулась к Винценцу.
— Ну, пока я ждала, я сумела составить о вас определенное впечатление.
— Да? И какого рода?
Он жестом пригласил ее пройти в зал, освещенный бесчисленными факелами на стенах. Свет также проникал и сквозь окна, но он был тусклым из-за нависших над городом туч.
Алейдис окинула зал быстрым взглядом.
— Истории, которые рассказывают о вашем мастерстве владения мечом, теперь не кажутся преувеличенными. Вы чуть не раздробили бедному мальчику руку, когда выбили у него оружие.
— Я едва коснулся руки Матиса, уверяю вас.
— По-моему, это очень опасно.
— Фехтование мечами это не хоровод в утренней росе, леди Алейдис. Если вы хотите умело обращаться с колющим и режущим оружием, нужно много практиковаться. И тут без травм и порезов не обойтись.
— И к тому же это ваше любимое занятие; — заметила она, внимательно, но с почтительного расстояния рассматривая короткие, средние и длинные мечи, выстроенные у стены. Вдруг она улыбнулась. — Да они же из дерева!
Она указала на круглую стойку, из которой торчали отполированные до блеска деревянные рукояти.
— Вы их используете, когда обучаете Ленца?
Он быстро подошел к стойке и вытащил один из деревянных мечей.
— Не только его, но и любого новичка, который приходит в зал. В прошлый раз я, как и обещал, дал Ленцу пофехтовать настоящим коротким мечом. Но только после строгого инструктажа.
С деревянным мечом в руке он направился к Алейдис.
— Хотите?
— Чего? — удивленно спросила она, отступив назад.
— Подержать меч.
Винценц протянул ей оружие рукоятью вперед.
— Он не кусается, и им нельзя никого проткнуть. Максимум, что вы сможете сделать, это кого-нибудь оглушить, но даже для этого вам придется стать чуть больше и сильнее.
Алейдис робко взялась за рукоять, глянув на меч так, будто он сейчас оживет и набросится на нее.
— Если вы решили поразить кого-то деревянным мечом, лучше всего будет ударить противника рукояткой. — Ухмыльнувшись, он шагнул к ней. — Вам не стоит бояться.
— Я и не боюсь, — озорно улыбнулась она. — Ладно, раз уж я пришла… В нашу последнюю встречу вы что-то говорили о кинжале.
— Этим, — он указал на оружие, подвешенное к поясу, — мы займемся чуть позже. А сейчас я покажу вам кое-что другое. Встаньте прямо, не сутультесь, ноги на ширине плеч.
Поскольку подол ее голубого платья опускался до самых ступней, он не мог проверить ее стойку, но не стал заострять на этом внимание.
— Теперь возьмитесь за рукоять обеими руками. Для начала так проще. Поднимите немного локоть.
Он коснулся ее локтя рукой, придав ему нужное положение, затем показал ей два простых фехтовальных приема. Когда она их запомнила, он тоже взял деревянный меч, встал напротив нее и научил ее простой стойке.
— Я чувствую себя глупо, — сказала она, опустив меч и протянув его ван Клеве.
