Настойчивость, сквозившая в моем голосе, наконец возымела действие. Для человека, у которого из-под носа только что увели золото на сто пятьдесят миллионов долларов, Брейс отреагировал на удивление быстро и без лишних сомнений в отношении виновника своей потери. Он бросил несколько слов стоявшему рядом младшему офицеру, затем впился в меня холодным, изучающим взглядом:
– Не потрудитесь объясниться, сэр?
– В четвертом трюме «Кампари» находится взведенная атомная бомба с тикающим часовым механизмом, а именно «Твистер», новое оружие, украденное у американцев где-то неделю назад. – Брошенный мельком взгляд на вытянувшиеся, изумленные лица слушателей показал, что они, хотя и понимают, о чем я говорю, явно не могут в это поверить. – «Твистер»…
– Атомная бомба?! – Голос Брейса прозвучал неожиданно резко и громко. – Что за идиотские глупости…
– Может, все-таки дослушаете? Мисс Бересфорд, я говорю правду?
– Да, вы говорите правду. – Ее голос дрожал, а зеленые глаза, в которых плескался страх, не отрывались от гроба. – Я сама видела эту бомбу, капитан. Но…
– Итак, – перебил я девушку. – Есть бомба. Взведенная. Которая должна взорваться через… – я взглянул на часы, – двадцать пять минут. Каррерас тоже об этом знает. Именно поэтому так торопится убраться отсюда подальше. Он считает, что «Твистер» здесь, у нас на борту. По этой же самой причине я тоже тороплюсь убраться отсюда подальше, только в противоположном направлении, – я знаю, что здесь его нет.
– Но он здесь! – яростно возразила Сьюзен. – Здесь, сами знаете, что здесь. В этом гробу! Вот же он!
– Вы ошибаетесь, мисс Бересфорд.
«Тикондерога» набирала ход. От гула гребного вала мелко вибрировала палуба. Зная Каррераса, я бы не удивился, узнав, что он будет наблюдать за нами через бинокль, пока мы не скроемся из виду, поэтому еще десять-пятнадцать секунд спокойно лежал у себя на носилках, в то время как сорок пар округленных от ужаса глаз таращились на покрытые флагами гробы. Когда корма «Тикондероги» развернулась к востоку, закрыв нас от «Кампари», я откинул одеяла, сорвал с ноги верхнюю повязку вместе с шиной, схватил припрятанную отвертку и неловко поднялся на одеревеневшие ноги. Пассажиров и команду, пребывавших в полной уверенности в том, что у старшего помощника Картера сложный перелом бедра, мои действия, мягко говоря, ошеломили, но мне было не до их эмоционального состояния. Я проковылял к ближайшему гробу и сорвал с него флаг.
– Мистер Картер, – возмутился появившийся рядом капитан Брейс, – какого черта вы творите?! Пусть Каррерас и преступник, но он сказал мне, что сенатор Хоскинс…
– Ха! – не сдержался я и дважды коротко постучал рукояткой отвертки по крышке гроба. Еще раз, другой. Изнутри донеслось три ответных стука. Я оглядел обступивших меня наблюдателей. Жаль, что в ту секунду некому было запечатлеть выражение их лиц на пленке для будущих поколений.
– Поразительная тяга к жизни у этих американских сенаторов, – поделился я с капитаном Брейсом. – Не желают умирать, хоть ты тресни. Сейчас сами убедитесь.
На этот раз с крышкой я управился ровно за две минуты: в этом деле, как и в любом другом, практика – путь к совершенству!
Бледно-восковым цветом лица доктор Слингсби Кэролайн напоминал труп и вообще выглядел перепуганным до смерти. Это было неудивительно: существует много мучительных способов довести кого-то до ручки, но, по моему мнению, затолкать человека в гроб, завинтить крышку и оставить его там на пять часов – это прямо золотой стандарт для подобного рода издевательств. Окончательно дойти до ручки доктор Кэролайн не успел, но к тому времени, как я до него добрался, оставалось ему недолго. Он трясся, точно лопнувшая диванная пружина, глаза были выпучены от страха, язык еле ворочался. Мой стук, должно быть, показался ему прелестнейшей музыкой, слаще которой он еще не слышал.
Я передал доходягу в чьи-то заботливо подставленные руки и направился к следующему гробу. То ли крышка на нем была привинчена на совесть, то ли я уже выбился из сил, но дела у меня шли неважно, поэтому я нисколько не огорчился, когда здоровяк из команды «Тикондероги» забрал у меня отвертку. Я посмотрел на часы. Без семнадцати семь.
– А в этом что, мистер Картер?
Рядом со мной снова оказался капитан Брейс, по выражению лица которого было ясно, что его разум наотрез отказался от дальнейших попыток осмыслить происходящее. Что ж, это было вполне объяснимо.
– Обычная взрывчатка с часовым механизмом. Думаю, на тот случай, если осечку даст собственный механизм «Твистера». Честно говоря, я и сам не знаю. Загвоздка в том, что даже ее хватит, чтобы пустить «Тикондерогу» ко дну.
– А нельзя ли… нельзя просто сбросить ее за борт? – нервно уточнил он.
– Опасно, сэр. Она и так должна вот-вот сработать, удар о воду может ускорить активацию взрыва. Не думаю, что вы хотите обзавестись здоровенной дырой в борту. Хорошо бы отправить кого-нибудь снять крышку и с третьего гроба.
