– Даже не сомневаюсь, сэр. В этих широтах только «кондоры» могут летать в одиночку. – Кеннет открыл дверь по левому борту и бросил взгляд на небо. – Облака довольно прозрачные. Мы увидим появление нашего «друга» – он наверняка зависнет над кормой. Может, нам стоит уйти с мостика, сэр?
– Через минуту, мистер Кеннет. Или через две. Надо собирать цветочки, пока можем, или, по крайней мере, сохранять тепло как можно дольше. Если судьба от нас отвернулась, вскоре мы насмерть замерзнем. Мистер Кеннет, вам не пришло в голову ничего гениального?
– Мыслей более чем достаточно, но ни одной дельной.
– Как вы думаете, каким образом удалось «кондору» обнаружить нас?
– Может, подводная лодка? Увидела нас на поверхности и радировала в Алта-фьорд.
– Никаких подлодок здесь нет. Гидролокатор «Эндовера» давно бы их обнаружил. Ни самолетов, ни надводных кораблей, это точно.
Кеннет, нахмурившись, несколько секунд о чем-то думал, а затем улыбнулся.
– Тогда это Невидимка, – с уверенностью произнес он. – Передал сообщение с помощью радио.
– В этом даже не было необходимости. Достаточно небольшого электрического устройства, которое, вполне возможно, подзаряжалось через нашу основную электрическую систему и передавало сигнал наведения. Что-то вроде радиомаяка.
– Значит, мы выберемся из всего этого, только тщательно прочесав все судно?
– Вот именно. Но…
– «Эндовер», сэр, – вновь показалась голова Спенсера. – «Четыре охотника, повторяю, четыре охотника… триста десять… восемь миль… три тысячи».
– Интересно, что мы такого сделали, чтобы заслужить это? – произнес траурным голосом Кеннет. – Мы оказались даже более правы, чем думали, сэр. Это наверняка торпедоносцы или пикирующие бомбардировщики. Налетят из темноты, с северо-запада, когда наши очертания хорошо видны на фоне рассвета.
Двое мужчин вышли на левый борт. «Эндовер» все еще находился в поле зрения и постоянно приближался, пока расстояние не стало меньше двух миль. Низкие облака, находившиеся примерно на том же расстоянии, закрывали обзор со стороны кормы.
– Что-нибудь слышите, мистер Кеннет? Или видите?
– Ничего не слышу и не вижу. Черт бы побрал эти облака! Да, слышу… Слышу. Это «кондор».
– Да, это «кондор». Стоит один раз услышать – и никогда уже не забудешь устрашающий рев моторов «Фокке-Вульфа–200». Боюсь, мистер Кеннет, вам придется отложить свой маневр уклонения до лучших времен. Судя по звукам, этот тип летит на очень низкой высоте.
– Да, на низкой. И я знаю почему, – произнес Кеннет резким, непривычным для него голосом. – Он намеревается осуществить прицельное точечное бомбометание. Видимо, получил приказ остановить или искалечить нас, но не топить. Готов поспорить, что этот гад Невидимка чувствует себя в полной безопасности.
– Вы попали в самую точку, мистер Кеннет. Он может остановить нас, разбомбив машинное отделение, но, если он так сделает, мы почти наверняка отправимся на дно. А вот и он.
«Фокке-вульф» прорвал облака и устремился прямо к корме «Сан-Андреаса». Все пушки на «Эндовере», которые могли быть задействованы, открыли огонь, как только «фокке-вульф» появился в небе, и вскоре весь правый борт «Эндовера» заволокло дымом. Для фрегата противовоздушная мощь «Эндовера» была огромной: массивные пушки, бьющие под низким углом, счетверенные зенитные малокалиберные артиллерийские установки, «эрликоны» и в равной степени смертельные «бултон-полы». В «фокке-вульф» попали, по всей видимости, не один раз, но выносливость «кондоров» была просто невероятной. Он все еще продолжал лететь, теперь на высоте всего лишь двести футов над водой. Устрашающий рев его моторов стал громовым.
– Это неподходящее место для парочки честных моряков, мистер Кеннет! – крикнул капитан Боуэн, стараясь, чтобы его услышали. – Но полагаю, сейчас уже поздно.
– Думаю, вы правы, сэр.
Две бомбы, всего лишь две, лениво полетели вниз с дымящегося «кондора».
Если бы американцы придерживались первоначальной британской концепции размещения жилых помещений на «свободных» судах, трагедия, даже оставаясь таковой, не была бы столь страшной. По первоначальным сандерлендским планам каюты должны были размещаться на носу и на корме. Проектировщики Генри Кайзера от великой мудрости, а на самом деле от великой глупости, как выяснилось впоследствии, разместили все каюты, как для офицеров, так и для матросов, а также штурманский мостик в одной-единственной огромной надстройке вокруг дымовой трубы.
Боцман и доктор Синклер бросились на верхнюю палубу и успели добежать до нее раньше, чем «кондор» долетел до «Сан-Андреаса». К ним чуть ли не сразу же присоединился Паттерсон, для которого артиллерийская стрельба «Эндовера» звучала как серия ударов тяжелым металлическим прутом по стенам его машинного отделения.
– Ложись! – крикнул боцман, обхватил доктора Синклера и Паттерсона за плечи и вместе с ними упал на палубу.
