– Не то слово, сэр. А еще в этом мерзком резиновом костюме. – Он показал на дырку на уровне груди. – Зацепил за какую-то металлическую штуковину. Через эту дырку в костюм попала вода.
– О боже! Да вы ж совершенно замерзли. Быстрее, быстрее!
В своей каюте, вернее, в том, что от нее осталось, Маккиннон начал стаскивать с себя водолазный костюм.
– Вам удалось обнаружить повреждение?
– Без труда. И это не амбарная дверь. Так, дырочка величиной с мой кулак.
Джемисон улыбнулся:
– Стоило ли рисковать заполучить воспаление легких, чтобы это узнать? Я схожу на мостик. Встретимся в капитанской каюте.
Когда, переодевшись в сухое белье, но все еще дрожа от холода, Маккиннон прошел в капитанскую каюту, там уже находились Джемисон и Нейсби. «Сан-Андреас» вернулся на прежний курс и постепенно набирал скорость.
Джемисон протянул ему стакан шотландского виски:
– Боюсь, боцман, что запасы капитана убывают устрашающими темпами. Зато виски уменьшит риск заболеть пневмонией. Кстати, мы восстановили внутреннюю связь с госпиталем, и я уже переговорил с мистером Паттерсоном и с капитаном. Сказал им о том, что в такую погоду вы решили спуститься вниз и посмотреть, что там произошло. Они решили, что вы просто сошли с ума.
– Капитан Боуэн редко ошибается, это факт. – Руки у Маккиннона сильно тряслись, и он расплескал свой виски. – Есть какие-нибудь распоряжения от капитана или мистера Паттерсона?
– Никаких, но оба заявили, что очень довольны, что вы стоите у руля управления.
– Очень мило с их стороны. А на самом деле они хотели сказать, что у них нет выбора. Остались только я да Джордж.
– Джордж?
– Простите, сэр. Нейсби, который здесь. Он тоже боцман. Мы служили на одном корабле и дружим уже двадцать лет.
– А я и не знал. – Джемисон задумчиво посмотрел на Нейсби. – Теперь я все понимаю. Боцман, вы здесь сделали все, что необходимо?
– Почти что, сэр. Мы с Джорджем будем время от времени заглядывать сюда, чтобы с нашими «семейными драгоценностями» ничего не случилось. Трент, Фергюсон и Кёрран будут сменять друг друга за штурвалом. В случае если я засну, я попросил их разбудить меня, когда погода прояснится.
– Намек для лейтенанта Ульбрихта?
– Вот именно. Мне бы хотелось кое-что предложить, сэр, если можно. Я хотел бы поставить нескольких человек наблюдать за входами в госпиталь со стороны носа и кормы, чтобы быть абсолютно уверенным, что никто не станет бродить по ночам.
– А кто будет вести наблюдение за наблюдателями?
– Прямо в точку, сэр. В качестве наблюдателей я предлагаю Джонса, Макгигана, Маккриммона и Стефана. Первые двое чересчур юны и невинны, чтобы быть преступниками, если, конечно, они не являются талантливыми актерами. У Маккриммона, может быть, и есть преступные наклонности, но мне кажется, что он – честный преступник. И Стефан производит впечатление человека, которому можно доверять. Более того, он вряд ли забыл о том, что его в Северном море подобрал минный тральщик.
– А я, кстати, этого не знал. Похоже, вы более осведомлены о моих работниках, нежели я сам. Я возьму на себя Стефана и Маккриммона, а вы понаблюдайте за другими. Наш постоянный диверсант вряд ли так просто сдастся.
– Я буду крайне удивлен, если это произойдет. А вы?
– Еще бы! Меня волнует, что нового он нам приготовил.
– Понятия не имею. Но мне пришла в голову другая мысль, сэр. Человек, которого вы поставите наблюдать за входом в госпиталь со стороны кормы, может также вести наблюдение и за теми, кто входит в палату А.
– В палату А? К этой кучке обманщиков? А зачем?
– Людям, стремящимся заставить нас сбавить ход и делающим все возможное, чтобы застать нас врасплох, может прийти в голову мысль вывести из строя лейтенанта Ульбрихта.
– Да, это они могут сделать. Я сам останусь в палате на всю ночь. Там есть одна свободная постель. Если я засну, дежурная сестра всегда сможет меня разбудить, когда зайдет человек, которому там делать нечего. – Джемисон несколько мгновений молчал. – Что за всем этим кроется, боцман?
– Мне кажется, вы понимаете это так же хорошо, как и я. Кто-то где-то хочет завладеть «Сан-Андреасом», хотя я даже представить себе не могу, зачем кому-то понадобилось госпитальное судно.
– Я тоже. Думаете, немецкая подводная лодка?
– Это ведь вполне возможно, разве нет? То есть я хочу сказать, что с воздуха судно не захватишь, а «Тирпиц» по нашу душу вряд ли станут посылать. – Маккиннон покачал головой. – Немецкая подводная лодка? Да достаточно обычного рыбацкого баркаса с небольшой группой вооруженных решительных людей – и они захватят нас, когда пожелают!
Хотя Маккиннон спал очень крепко, он мгновенно проснулся, как только Нейсби коснулся его плеча, и спустил ноги с койки капитана Боуэна.
– Который час, Джордж?
– Шесть часов утра. Кёрран только что спустился с мостика. Говорит, что снежная буря стихла.
– А звезды?
– Об этом он ничего не сказал.
