– Нет. Если подумать, им это было не нужно. Помню, я сказала им, что только капитан и старший помощник не спят. Это была своего рода шутка. – Она вдруг резко замолчала, прикусила губы и даже как-то сморщилась. – Понимаю. Это была вовсе не шутка. Видимо, это явилось причиной, почему меня насильственно отослали ко сну. Так, да?
– Боюсь, что да. И кто же задавал вопросы?
– Вейланд Дей.
– Ага, наш буфетчик, точнее, бывший буфетчик, а ныне – ваш преданный слуга и воздыхатель издалека.
– Не так уж издалека, как вам может показаться. Иногда это даже смущает. – Она улыбнулась и тут же вновь стала серьезной. – Вы лаете не на то дерево, Арчи. Он, может быть, немного надоедлив, но он всего лишь мальчик. Очень милый мальчик. Это немыслимо.
– Я не это дерево имею в виду. Согласен, немыслимо. Наш Вейланд никогда не примкнет к людям, мечтающим нанести вам вред. А кто еще присутствовал за столом? В пределах слышимости, я имею в виду.
– Откуда вы узнали, что еще кто-то был за моим столом?
– Маргарет Моррисон слишком умна, чтобы быть глупой.
– Однако задает глупые вопросы. Там была Мария…
– Сестра Мария?
Она кивнула.
– Она исключается. Кто еще?
– Стефан. Польский парнишка. Никак не могу научиться произносить его фамилию. Впрочем, все остальные тоже. Затем присутствовали Джонс и Макгиган, которые почти все время рядом с Вейландом Деем, наверное, потому, что это самые молодые члены команды. Два матроса по имени Кёрран и Фергюсон – я едва знаю их, потому что они редко попадаются мне на глаза. И кажется, двое из тех больных, которых мы взяли на борт в Мурманске. Не помню их имен.
– Кажется?
– Нет, точно были. Я так выразилась просто из-за того, что не знаю их имен. Один из них болен туберкулезом, а у другого нервное расстройство.
– Вы бы смогли опознать их?
– Без особого труда. У обоих рыжие волосы.
– Все ясно. Механик Хартли и старший оператор-торпедист Симмонс. – Маккиннон открыл дверь и крикнул: – Вейланд!
Вейланд Дей тут же появился и с почтением произнес:
– Слушаю, сэр.
– Разыщите мистера Паттерсона и мистера Джемисона. И еще лейтенанта Ульбрихта. Передайте им мои извинения и попросите прийти сюда.
– Да, сэр. Сей минут, сэр.
Маргарет Моррисон удивленно посмотрела на боцмана:
– Как вы узнали, что Вейланд поблизости?
– Вы когда-нибудь пытались убежать от своей тени в солнечный день? Я могу предсказывать события, причем без всякого ясновидения. Например, первым придет лейтенант Ульбрихт.
– Да будет вам. А это вам что-нибудь даст? Опять дурацкий вопрос. Конечно даст, иначе вы не стали бы посылать за другими.
– Вы правы. Могут возникнуть определенные трудности, но это мелочь. Как-нибудь утрясем. Ага, а вот и наш лейтенант Ульбрихт. Садитесь, лейтенант.
Ульбрихт сел рядом с Маргарет Моррисон. Маккиннон сделал вид, что рассматривает потолок.
– А вот этого делать не следует, – с досадой произнесла девушка.
Ульбрихт удивленно посмотрел на нее:
– Что вы хотите этим сказать, Маргарет?
– У боцмана довольно своеобразное чувство юмора.
– Не слушайте вы ее, – сказал Маккиннон. – Просто ей не нравится, когда я говорю правду.
Он огляделся по сторонам, приветствовал входящих Паттерсона и Джемисона, затем поднялся и решительно захлопнул дверь.
– Неужели все так серьезно? – спросил Паттерсон.
– Я не хочу, чтобы нас случайно подслушали, сэр.
Боцман быстро изложил содержание своих разговоров с Джанет Магнуссон и Маргарет Моррисон, а затем сказал:
– Один из этих девяти, слышавших, что говорила сестра Моррисон, узнал о том, что в палате А только капитан Боуэн и мистер Кеннет не спят, и решил воспользоваться этой информацией. Вы со мной согласны?
Никто не возразил.
– Мы можем исключить сестру Марию. Немыслимо представить ее в образе Невидимки.
– Действительно немыслимо, – в один голос произнесли Паттерсон и Джемисон.
– Стефан? Тоже нет. Он достаточно пробритански настроен и вряд ли забыл о том, что именно Королевский военно-морской флот спас ему жизнь в Северном море.
Маргарет Моррисон в удивлении посмотрела на боцмана:
– Я об этом не знала.
– И мы тоже не знали, сестра, хотя он работает в машинном отделении. Не знали, пока боцман не сказал нам об этом. Похоже, у него в каждой щели есть свои агенты, – удрученным голосом произнес Паттерсон.
