– В смысле, что нас не потопят? Да. А вот захватить нас могут.
– Но вы же сказали…
– Стоит им направить еще одну подводную лодку – и мы готовы. С двумя подводными лодками шансов у нас никаких. Если мы погонимся за одной, вторая пристроится нам в хвост и будет в свое удовольствие поливать нас шрапнелью. Конечно, не в машинное отделение – им ведь надо доставить нас в Норвегию, – а в госпиталь. Стоит попасть туда одному снаряду, и мы сразу же вывесим белый флаг. В следующий раз, когда я буду подниматься на мостик, я прихвачу прекрасную белую простыню.
– Бывают случаи, боцман, – сказал Джемисон, – когда мне хочется, чтобы вы держали свои мысли при себе.
– Я просто отвечаю на вопрос, сэр. Кстати, у меня появилась другая мысль, другой вопрос, если позволите. Только небольшой группе людей было известно об этой операции, о том, что «Сан-Андреас» используется для перевозки золота. Один-два человека из состава кабинета министров, один или два адмирала. И все. Хотелось бы мне знать, кто из них оказался предателем и продал наши жизни. Если мы вернемся назад и если кто-то из известных деятелей неожиданно совершит самоубийство, тогда мы узнаем, кто этот человек. – Он встал. – Простите меня, мне нужно еще кое-что сделать.
– Что сделать, Арчи? – спросила Джанет. – Неужели вы еще не все сделали на этот день?
– Боцману работа всегда найдется. Обыденная работа, Джанет, обыденная.
Он вышел из столовой.
– Обыденная, – повторила Джанет. – Что еще за обыденная?
– Кёрран мертв.
– Я это знаю, – откликнулась она с озадаченным видом.
– Кёрран был мастером по изготовлению парусов, и в его обязанности входило делать саваны для покойников.
Джанет быстро встала и вышла из-за стола. Паттерсон недовольно посмотрел на Джемисона:
– Бывают случаи, второй помощник, когда мне ужасно хочется, чтобы вы держали свои мысли при себе. Вы ничего не замечаете.
– Это верно. Деликатности у меня никакой. Вечно пру вперед, как танк.
Паттерсон закончил читать молитву – к этому времени он уже стал профессионалом в проведении погребальной службы, – доски накренились, и зашитые в саваны тела Кёррана и Фергюсона исчезли в ледяных водах Норвежского моря. Именно в это время шум машин в машинном отделении стал затихать, а «Сан-Андреас» – снижать скорость.
Почти вся команда находилась на палубе – покойники были приятными людьми, и их любили. На нижней палубе собрались коки, стюарды, медицинский персонал и три кочегара. Трент и Джонс были на мостике.
Первым сдвинулся с места Джемисон.
– Похоже, – сказал он, – мы совершили ошибку.
Он медленно удалился с видом человека, которому спешить пока некуда.
Паттерсон и Маккиннон шли еще медленнее.
– Интересно, что он имел в виду? – произнес Паттерсон. – В смысле, когда сказал, что мы совершили ошибку?
– Он еще мягко сказал, сэр. Он просто намекнул, что всезнающий боцман сделал очередной промах. Кто стоял на вахте внизу?
– Только Стефан. Ну, этот польский парнишка.
– Будем надеяться, что он не пойдет вслед за теми, кого мы спускали за борт сегодня.
Паттерсон остановился и схватил Маккиннона за руку:
– Что вы хотите этим сказать? И о каком промахе вы говорите?
– Все взаимосвязано, – печально отозвался Маккиннон. – Наверное, я устал. Может быть, просто поленился подумать. Сэр, вы, случайно, не обратили внимания, кто отсутствовал на похоронах?
Паттерсон несколько мгновений молча смотрел на него, а затем стал перечислять:
– Медицинский персонал. Персонал кухни. Стюарды. Люди на мостике. – Он схватил боцмана за руку. – И Маккриммон.
– Вот именно. А кто подал блестящую идею оставить Маккриммона на свободе?
– Видимо, наша тактика в отношении его не сработала. Вы не могли все предусмотреть. Вы ведь человек, а не бог. Этот Маккриммон – скользкий тип. Как вы считаете, мы сможем что-нибудь ему пришить?
– Уверен, что не сможем. Тем не менее, сэр, я прошу вашего разрешения посадить его под замок. – Маккиннон с мрачным видом покачал головой и горько добавил: – Что толку запирать дверь, когда лошадь убежала?
Стефан лежал на палубе, залитой нефтью, которая продолжала вытекать из поврежденного топливного трубопровода. За его правым ухом быстро надувался кровоподтек. Синклер осмотрел его голову и выпрямился:
– Я отправлю его в госпиталь. Сделаем рентген, но, думаю, в этом нет необходимости. Он скоро очнется. Будет голова болеть, вот и все. – Он бросил взгляд на два стальных предмета, валявшиеся на палубе рядом со Стефаном. – Вам известно, кто это сделал, боцман?
– Да.
– Гаечным ключом он его оглушил, а топориком повредил трубопровод. Могут быть отпечатки пальцев.
– Нет, не могут. – Маккиннон носком сапога коснулся обтирочного материала. – Негодяй стер все отпечатки. – Он посмотрел на Паттерсона. – Этот трубопровод можно заменить, сэр?
– Можно. Сколько времени это займет, второй помощник?
– Пару часов, – ответил Джемисон.
– Вы не пройдете со мной, мистер Паттерсон? – спросил Маккиннон.
– С удовольствием, боцман.
– Вы могли убить его, и вам это известно, – будничным тоном произнес Маккиннон.
