– И этот ключ мы обязательно найдем. – Капитан Буллен тяжело поднялся. – Стармех, буду признателен, если вы пойдете со мной. Мы лично займемся поисками этого приемника. Начнем с моей каюты, потом перейдем в вашу, а затем осмотрим каюты всех членов экипажа «Кампари». Потом проверим все потайные уголки за пределами кают, где он может быть спрятан. Макдональд, вы пойдете с нами.
Старик был настроен серьезнее некуда. Если приемник находится в каютах экипажа, он его непременно найдет. То, что он предложил начать обыск с собственной каюты, служило достаточной гарантией для этого.
– Мистер Картер, – продолжил он, – по-моему, сейчас вы должны заступить на вахту.
– Так и есть, сэр. Но Джеймисон мог бы подменить меня на часок. Мне будет дозволено обыскать каюты пассажиров?
– Уилсон был прав по поводу навязчивой мысли, мистер. – Лишнее подтверждение тому, насколько расстроился Буллен. Обычно в соответствующих обстоятельствах он с крайней щепетильностью соблюдал все формальности и в присутствии боцмана никогда бы не позволил себе так разговаривать со мной и Уилсоном. Он полоснул по мне взглядом и покинул каюту.
Разрешения я не получил, но и запрета тоже не прозвучало. Я взглянул на Каммингса, тот кивнул и поднялся.
Нам с начальником хозяйственной службы повезло с условиями обыска в том смысле, что никого не пришлось выпроваживать из кают: они и без того оказались пусты. Утренние радиометеосводки предупреждали о резком ухудшении погоды к юго-востоку от нас. К нам приближался шторм, поэтому верхние палубы были заполнены пассажирами, вознамерившимися насладиться ясным небом до того, как погода испортится. На палубе обнаружился даже старый Сердан в сопровождении двух своих бдительных сиделок. Высокая, при своей большой плетеной сумке с вязанием, деловито щелкала спицами, вторая, прихватившая с собой кипу журналов, читала. Как и все хорошие сиделки, они при этом ни на секунду не оставляли своего подопечного без внимания. Даже не крутясь на своих стульях, они присматривали за Серданом, как пара наседок за цыпленком. У меня закралось подозрение, что, если уж Сердан платил сиделкам за постоянный уход, им приходилось отрабатывать каждый цент. Сам он сидел в кресле-коляске с богато расшитым пледом на костлявых коленях. Проходя мимо, я внимательно оглядел этот плед, но только впустую потратил время: плед так плотно обтягивал его тощее тельце, что под ним и спичечного коробка было не спрятать, не то что радиоприемник.
Выставив двух стюардов сторожить вход, мы тщательнейшим образом обследовали каюты на палубах А и Б. В качестве прикрытия я прихватил с собой меггер[11]. Если бы нас застали врасплох, мы бы объяснили, что ищем пробой в изоляции силового кабеля. Понятно, что настоящий преступник ни на йоту бы нам не поверил, поэтому мы решили привлечь стюардов.
У пассажиров «Кампари» не должна была возникнуть необходимость в собственном приемнике. С обычным для «Кампари» излишеством каждая пассажирская каюта была оборудована даже не одной, а двумя ретрансляционными точками, которые питались от аккумуляторов приемников телеграфного салона. Простым нажатием кнопки можно было выбрать любую из восьми запрограммированных станций. Об этом говорилось в буклете, поэтому никому и в голову не приходило тащить с собой транзистор.
Мы с Каммингсом ничего не упустили. Осмотрели каждый шкаф, гардероб, кровать, выдвижной ящик, даже дамские шкатулки для драгоценностей. Ничего. Нигде ничего, кроме как в одном-единственном месте – каюте мисс Харкорт. Там был транзисторный приемник, но я и раньше знал, что он у нее есть. Каждый вечер в хорошую погоду мисс Харкорт выплывала на палубу в одном из своих многочисленных вечерних платьев, усаживалась в кресло и крутила ручку настройки, пока не находила какую-нибудь подходящую легкую музыку. Возможно, она думала, что это способствует созданию пленительной атмосферы таинственности, которая должна окружать королеву экрана; возможно, она считала это романтичным; могло, конечно, быть и так, что ей просто нравилась легкая музыка. Так или иначе, одно было ясно наверняка: к подозреваемым мисс Харкорт не относилась. Если говорить без обиняков, ей просто не хватило бы ума. И справедливости ради, несмотря на всю ее претенциозность, она была слишком мила.
Потерпев поражение, я вернулся на мостик и сменил на вахте Джеймисона. Прошел почти час, прежде чем на мостике появился еще один товарищ по несчастью: капитан Буллен. Ему не нужно было говорить мне, что он тоже потерпел поражение, это ясно показывали застывшее на лице капитана выражение обеспокоенности и слегка ссутулившиеся широкие плечи. А мое покачивание головой послужило ему отчетом о проделанной работе. Я сделал мысленную пометку на тот вполне вероятный случай, если лорд Декстер вышвырнет нас обоих из «Блу мейл», решительно отвергать любые предложения капитана Буллена о создании детективного агентства. Возможно, есть более быстрые способы загнуться с голоду, но ни одного более надежного.
