- Ага, цвет прямо как у мандаринок, - игриво добавляю я и улыбаюсь, но не вызываю у него ответной улыбки. - А это что за красивые цветочки? - указываю на бледно-желтые бутончики с острыми лепестками.
Резким движением руки "хмурая туча" выдёргивает бедное растение с корнем и бросает на землю. От неожиданности я теряю дар речи.
- Это чистотел. Сорняк. Растёт, где хочет, портит всю картину, - как ни в чём не бывало, спокойно продолжает жестокий истребитель маленьких желтых цветочков.
- А мне кажется, они тоже красивые, - шепчу я.
- Может быть. Но они не на своём месте, поэтому их нужно удалить, - его красиво очерченные губы, будто вырезанные из мрамора, чётко произносят слова.
- А вообще-то это очень полезная трава, - вмешивается в наш разговор старичок в панаме из газеты, который к этому времени успел выкопать несколько ямок. - Моя бабка из чистотела мази делала да примочки. У кого грибок, раздражения, прыщи подростковые - всем помогало. Я соберу немного - сделаю по её рецепту мази.
- Чтобы лечить подростковые прыщи? Не поздновато ли, Семён Антонович? - по лицу гренадера пробегает тень улыбки.
- Чай, пригодится, - пожимает плечами старичок и укладывает сорванные растения в полиэтиленовый пакет.
- Эвита! - меня зовёт Света, бодро шагающая в мою сторону. Я быстро поднимаюсь и иду к ней навстречу, бросив на ходу:
- До свидания. Меня зовут.
- Приходите в следующий раз с нами сажать, - кричит мне в след бородач. - Хоть научитесь сорняки от цветов отличать.
Волна возмущения подкатывает к горлу. Да я вообще-то не растениевод, чтобы в цветах разбираться! Эколого-биологический не заканчивала! У меня тут другие обязанности! Угрюмо оборачиваюсь, ожидая увидеть всё то же непроницаемое холодное выражение небритого лица. К моему удивлению на чёрном от загара лице смеется белозубый рот, и, растаяв, как снегурочка над костром, неловко киваю головой и почти бегу навстречу Свете.
- Ну что, понравился этот высокий красавец? - спрашивает она с хитрым прищуром, глядя в мои широко распахнутые глаза и на предательски появившийся румянец.
- Э-э... Почему? Мы просто говорили о цветах. Тем более этот... как бы получше назвать... бука, по-моему, упрекнул меня в незнании цветоводства.
- Да? - она удивлённо поднимает тонкие выщипанные брови.
- Он, конечно, видный мужчина...
Ещё какой видный! Настоящий былинный герой! С таких фактур Роден творил свои статуи. Он красавец, что и говорить.
... ну, чтоб он мне очень понравился... Нет, пожалуй, нет, - я стараюсь не смотреть в пытливые глаза Светы, чтобы не выдать свои мысли.
-Интересно. А я думала, что Лев Александрович на всех производит одно впечатление и вызывает, как минимум, легкую влюбленность и, как максимум, стойкое помешательство и непреодолимое желание родить ему троих детей.
- Лев Александрович? Это...
- Да. Это Лев Александрович Гурин собственной персоной, наш глубокоуважаемый управляющий и директор. И ты только что назвала его букой. Но не бойся, я никому не скажу, - она хохочет.
Мне не смешно. Я в шоке. Вот я дура! Даже не поздоровалась с ним нормально! Надо было хоть в интернете посмотреть, как он выглядит. Почему-то я представляла директора немолодым полным дядечкой с добрыми глазами. А этот ботаник с серьезным лицом никак не вяжется с образом щедрого мецената.
- А что он делает с тяпкой на клумбе?
- Это его хобби. Так он общается со стариками, узнает об их радостях и заботах. Заодно любимым делом занимается - сажает цветы.
- А не боится, что от его трудотерапии кому-то плохо станет, у стариков здоровье не для пахоты, - бухчу я.
- Ну, во-первых, им там перетрудиться никто не даст, во-вторых, в садоводы- любители попадают только с разрешения врача. И, как любит повторять Лев Александрович: нет для старости ничего хуже, чем праздность и лень. Это какой-то умный римлянин сказал.
Не скрывая расстройства, я плетусь за Светой обратно в больницу, опустив голову.
- Да не расстраивайся ты. Будет еще шанс показать себя перед начальством с хорошей стороны.
И правда, чего я расстраиваюсь? Мне с этим мужчиной детей не крестить. Может, я вообще больше никогда его не увижу. Хотя, если признаться честно, встречи с ним я буду ждать.
Оставив в кабинете специалиста по остеохондрозу напряженное выражение лица, после массажа Лидия Михайловна выглядит расслабленной и отдохнувшей. Мы втроём медленно прогуливаемся вдоль зелёных лужаек, Лидия Михайловна вспоминает свои учительские будни.
- А вот и подруги ваши, - Света издалека замечает идущих нам навстречу Петровн.
Агния чинно вышагивает, гордо подняв голову. Она похожа на какую-то птицу, записанную в красную книгу, которая знает о собственной редкости, и поэтому каждое её движение преисполнено чувством собственного достоинства. Рядом, ковыляя, семенит Наталья Петровна, еле поспевая за своей величественной приятельницей.
Я вчера не заметила, что она хромает.
