Я недовольно поджала губы и продолжила спуск. Колено ныло всё сильнее, а живущая во мне "ведьма" пробуждалась всё стремительнее. Стиснув зубы, я пыталась удержать рвущееся из меня раздражение, но, кажется, проигрывала эту битву. Со всей ясностью понимаю, что ждать от Изабеллы исполнительности бесполезно, только вот боль, разрастающаяся в ноге, требовала "жертвы"...
Перестав следить за своей походкой, я, прихрамывая, подошла к своей сестре, которая увлечённо беседовала с мышами, превращёнными в серых коняг.
- Изабелла! - прошипела я в ухо глупышке, которая даже не заметила моего появления.
- Ой!
- Ты что тут делаешь?! Ты ведь хотела на бал, а он уже почти закончился, - сгустила я краски. - А ну марш отсюда!
Схватив Изабеллу за руку, потащила её во дворец. То, что поблизости не наблюдается стражи, слуг или ещё каких праздношатающихся, меня нисколько не удивило. Полагаю, тут тоже фея поработала. Если она смогла мага отослать, то остальное для неё не проблема. Нисколько не сомневаюсь, что у вновь прибывшей никто и приглашения не спросит.
Войдя в холл, я подтолкнула Изабеллу в спину, не слушая её лепет про бедных мышей, которым пришлось тягать карету, рявкнула:
- Быстро замолчала! Молча потопала наверх! Молча вошла! И замерла! Ждёшь меня!
Я очередной раз пихнула сестру, когда встретила изумлённый взгляд карих глаз.
На меня смотрел Рауль.
Он стоял в тени лестницы незамеченный мной до этого. Я застыла, глядя ему в лицо, на котором изумление сменялось недоверием, а затем и отвращением.
Я слышала звон чего-то разбившегося. Моё сердце пронзили его осколки. Кажется, это разбилась мечта. Маленькая мечта, затаившаяся в закоулках моей души. Маленькая - потому что родилась недавно, под пытливым взглядом карих глаз. Глупая маленькая мечта, появившаяся на свет вопреки всему. Она выжила после презрительности и холодности Рауля. Но то, что произошло сейчас, пережить не смогла.
- Это принц? - звонко прозвучал восторженный голос Изабеллы.
Её голос словно разрезал полотно тишины накрывшее нас. И позволил мне очнуться и собраться с силами. Я даже сумела выдавить из себя улыбку.
- Моя младшая сестра, - пояснила я зачем-то, и поразилась как чуждо, незнакомо прозвучал мой голос.
Мне не сочли нужным ответить. Хотя бы кивнуть. Лишь бесстрастный взгляд продолжал обжигать холодом.
Я хотела, отправив Изабеллу в зал, присесть на ступеньку и заняться своей повязкой на ноге. Но теперь об этом не могло быть и речи. Подхватив сестру под локоть, сказала:
- Нет, это не принц. Идём, нам пора на бал.
Я вскинула голову, расправила плечи, и мы двинулись вверх по ненавистной лестнице. Стиснув зубы, превозмогая боль, заставляла себя идти, причём идти величественно, гордо.
Я сделала это! Дошла до самого верха, не оступилась, не застонала. Двери Парадной Залы сами распахнулись перед нами (не иначе как феины штучки). Успела войти и сделать несколько шагов, когда толпа расступилась, являя нам недовольный лик его высочества.
- Мадмуазель? - в царственном голосе звучала смесь раздражения, недоумения и возмущения.
Не говоря ни слова, я шагнула в сторону и склонилась в глубоком реверансе. Тем самым переставая заслонять стоявшую за моей спиной Изабеллу. Фея постаралась на славу, платье сестрёнки из золотистого шелка, усыпанное бриллиантами, выглядело произведением искусства. Чудесные белокурые волосы были уложены в замысловатую прическу. Лицо - безупречно, ни следа от царапин.
Когда выпрямилась, увидела, как его высочество, не выпуская руку Изабеллы, сбивчиво бормотал о том, как он безмерно счастлив, и всё в таком духе. Его собеседница томно хлопала своими длинными ресницами. Не видя никого вокруг, эти двое устремились в центр зала. После минутного замешательства музыканты начали исполнять вальс. Принц со своей партнёршей заскользили по мраморному полу, виртуозно выписывая фигуры. Пара выглядела удивительно гармонично.
"Всё-таки хорошо, что мы наняли учителя танцев для Изабеллы", - это была последняя связная мысль перед приступом боли, от которого у меня потемнело в глазах. Знакомая рука привычно подхватила меня под локоть и снова позволяя опереться на себя, куда-то повела.
Я пришла в себя за колонной. Может за той самой, за которой повстречала Рауля, может за другой. Матушка накапала в стакан с водой (откуда только достала?) успокоительные капли и протянула мне. Выпив его, я некоторое время просидела с закрытыми глазами. За окном напротив, на ясном небе светила луна. Это говорило о том, что нога болит не из-за погоды. Но легче мне от этого не становилось. Вернув стакан в руки матушки, я подняла юбки и принялась разматывать сбившуюся повязку.
- Может тебе стоит упасть в обморок, - предложила матушка, наблюдая, как я перебинтовываю колено.
Я покачала головой. Идея хорошая, можно будет воспользоваться. Но не сейчас. Мне нужно продержаться до двенадцати. Чуть меньше часа. А там и обморок изобразим.
***
