Ребята встали перед огромной аркообразной дверью, по бокам которой стояли стражники, накинули капюшоны и тихо пожелали друг другу удачи.
– Надеюсь, я не в дворника перерожусь… ― произнёс Оуэн, ― а то я не вынесу участи, как у той кухарки…
«Отлично, ― хмуро подумала Эмили, ― ещё одно опасение…»
Девушка почему-то была убеждена, что она в этом мире для чего-то большего, и разделить участь Рамисы она хотела меньше всего. Во рту у Эмили пересохло, всё тело била мелкая неприятная дрожь, а сердце так и норовило выпрыгнуть из груди. Никогда она ещё так не переживала, даже во время экзамена у Фандура.
И вот прозвучали трубы, и стражники открыли обе створки этой большой двери.
Коронационный зал был освещён солнцем из больших аркообразных окон, что вселяло надежду и небольшую уверенность. Первое, что все увидели, были большие и очень красивые старинные часы на стене, украшенные множеством горящих свечей. Ребята одновременно шагнули в помещение, уверенно прошли прямо к пьедесталу, на котором находился трон, с восседающим на нём королём Даремом, и низко поклонились. Чуть дальше трона стояли все члены Высшего Совета Рэтхима, а по бокам располагались подобия трибун, на которых сидели приглашённые гости в богатых одеждах.
– Сегодня великий день! ― собрав все свои силы, громко и величественно начал король. ― День, который навсегда будет отмечен в истории. Сегодня мы чествуем вирхимовцев, которые найдут пристанище в нашем мире, и я уверен, в будущем свершат немало великих дел и станут настоящим достоянием Рэтхима, как и все остальные перерождённые, переходившие когда-либо из Старого мира. Так пусть Создатель наш Алирмир направит вас, пусть хранит и оберегает. По истечении сего дня вас будут звать истинными рэтхимовцами. В добрый путь!
Зал наполнили громкие аплодисменты, и вновь торжественно заиграли оглушающие трубы и барабаны, отдающие вибрацией где-то в груди. Теперь ребятам предстояло подойти к членам Высшего Совета Рэтхима, чтобы те омыли им руки из Священной чаши. Считалось, что вода, находящаяся в ней, очищает душу, делая её невинной и готовой к перерождению. Когда друзья приблизились к этой золотой, украшенной драгоценными камнями чаше, Эмили почему-то подумалось, что это вполне мог быть Святой Грааль… Но, разумеется, это лишь предположение, не имеющее под собой никаких оснований. Фандур взял чашу и, призывая всех по очереди, омыл ладони каждому, тихо проговаривая священные слова на древнем языке.
Когда процедура была окончена, ребята вышли в центр зала к маленькому столику, накрытому красной бархатистой тканью. На нём лежал маленький красный камень, похожий на рубин. Он носил название Клятвенный Камень и хранил в себе нерушимые клятвы всех жителей Рэтхима. Говорят, если рэтхимовец нарушит данную клятву, то когда в следующий раз прикоснётся к камню, тот почернеет в его руках. Тогда предателя казнят или сошлют в Тайтенхим.
Ребята окружили стол со всех четырёх сторон и встали на колени. Теперь каждый из них должен был зачитать по памяти слова о преданности Рэтхиму, держа в этот момент обеими руками Клятвенный Камень. Первой была Джо, не сделавшая ни единой запинки, затем по очереди парни, также на редкость блестяще справившись с этой задачей, и последней приступила к клятве Эмили, жутко боявшаяся забыть текст. Она взяла этот полупрозрачный кровавый, и почему-то очень холодный, камень в руку, и он тут же чуть не выскользнул из ладони. Девушка быстро схватила его второй рукой и сконфуженно посмотрела на Танталиила. Тот был бледным, как смерть, но всё же коротко и подбадривающе кивнул ей. И она продолжила ритуал.
– Клянусь всегда, до скончания веков, быть преданной Рэтхиму, любить и защищать его до исхода моей жизни. Клянусь беспрекословно подчиняться королю, как владыке южных земель и уважать его, как отца. Клянусь стараться быть достойным жителем этого мира, прославлять его, чтить историю и соблюдать законы, совершать действия, направленные на процветание его. Во славу Рэтхима и Короля!
Вновь обрушились аплодисменты, и Эмили наконец смогла спокойно выдохнуть. Ладони её вспотели настолько, что камень снова чуть не выскользнул из них, пока девушка клала его на место.
– Клятвы сказаны, ― громко объявил Фандур, ― обряд выполнен. Теперь в любой момент сего дня вы переродитесь.
Стоило старейшине это сказать, как Оуэн почувствовал боль в руке и, не вытерпев, вскрикнул на весь зал.
– Моя рука горит! Что это?!
– Сынок, ― с улыбкой проговорил король, ― ты перерождаешься!
– Обалдеть! ― чуть не плача, поразился он, потирая запястье. ― А можно хоть что-нибудь сделать, чтоб унять эту боль в руке? Я согласен даже на укол!
Один из членов Совета подошёл к парню и высоко поднял рукав правой руки. На запястье начинали проявляться руны.
– Пройдём к царю Ларнэсу и лантам, прибывшим из Латендайля. Царь прочитает руны, а остальные ланты сделают процесс перерождения менее болезненным. Остальные неперерождённые пусть ждут своего часа на подготовленных им местах.
