– Вот именно! ― поддержал его Алантай. ― Я частенько раньше наведывался в эту деревню, и там всегда меня встречали радушно. По сравнению с Маранримом, эта деревенька ― сама безобидность! Тем более, остановимся мы не у кого попало, а у моей старой знакомой ведьмы ― Баррильды. Должен сразу предупредить: она совершенно слепа. Впрочем, это не мешает ей всё видеть. Представляете, ходят даже слухи, что она потомок самой Пандоры! Да-да! Хотя она, конечно, всё отрицает. Но в одном мы можем быть уверены: Баррильда с радостью нас всех приютит, обогреет… Но всё же всё ценное советую держать при себе. На всякий случай…
– Просто прекрасно… ― сердито причитал летописец.
– А если бы все слушали меня и меньше жалели учеников, ― бубнил себе под нос Кэмдиброг, возглавляющий вереницу на пару с Алантаем, ― мы бы уже давно добрались до Тайтенхимских врат…
Вот с этим спорить никто не стал. Медленно пробираясь сквозь непроглядную пургу и сбивающие с ног порывы сильнейшего ледяного ветра, все мечтали поскорее добраться до тёплого местечка и мысленно проклинали суровую рэтхимскую зиму. Уже казалось, что какое-то колдовство постоянно отдаляет эту деревню, и путешественники никогда не доберутся до неё, как вдруг Алантай воскликнул:
– Деревня! Вот она ― деревня Шермь, деревенька моя ненаглядная! Как на ладони! Теперь можно без опасений провалиться под лёд забираться на своих коней! Речку Смей мы уже точно миновали!
Все выглянули вперёд. Уже совсем близко располагалась небольшая деревенька, редкие и тусклые огни которой встречали путников. Все быстро забрались на своих лошадей, но у Эмили этого так и не получалось сделать. Только она хотела позвать на помощь Риэль, уже запрыгнувшую на свою лошадь впереди Эмили, как магистр Танталиил сам подошёл и помог ей забраться на Лайта. Но Лайт почему-то не выдержал её веса и подкосился.
– Эй, что с т-т-тобой, м-м-малыш? ― простучала зубами она, а её верный друг лишь грустно посмотрел на свою хозяйку.
– Так, похоже, дело плохо… ― сообщил Танталиил. ― Осмотрим его уже в деревне.
– Что случилось? ― поинтересовалась Риэль, уже тронувшаяся с места.
– Л-л-лайт…
– Похоже, у него обморожение… ― перебил Эмили учитель, ― но с этим разберёмся уже в деревне. Сейчас каждая секунда дорога. Поедешь со мной, скорее запрыгивай. Магистр Хэдикош всё равно едет на одной из лошадей мастера Кэмдиброга.
Он помог ей забраться на своего скакуна, и все путники быстро добрались до деревни. Вот только воображали они её совершенно другой, чем она является на самом деле… Никакого огораживающего забора не было, а сама деревня представляла собой довольно унылое зрелище. Лишь редкие, полуразваленные жилища, которые сложно было назвать домами, но всё же это были именно жилые сооружения, судя по зажжённому в них свету и запрещающим знакам, встречающимся на каждом шагу. Эти дома окружали редкие голые деревья и перегнутые старые фонари, украшенные странными отпугивающими украшениями из костей и слабо освещающие путь. Каждая деталь словно гласила: «Убирайся прочь, чужеземец!»
У самого хлипкого домика стояла довольно сумасшедшего вида женщина с всклокоченными рыжими волосами, сальные локоны которых кое-как были убраны за остроконечные эльфийские уши. Она опиралась на старую трость и смотрела прямо на путников, обнажая жёлтые перекошенные зубы в широкой улыбке. Возможно, она хотела произвести этим жестом приятное впечатление, но добилась абсолютно обратного эффекта.
– Итак, ― обратилась она к путешественникам, вскинув руки, ― добро пожаловать в деревню Шермь!
Судя по всему, она уже давно их ожидала. Голос же её был хоть и несколько скрипуч, но всё равно довольно приятен, вопреки отталкивающей, устрашающей внешности.
– Здравствуй, милая Баррильда! ― радостно воскликнул Алантай и кинулся обнимать женщину. ― Итак! Это и есть Баррильда ― слепая местная ведьма и моя старая подруга. Примешь погостить усталых промёрзших до костей путников?
– Ох, конечно, милый Алантай! Давненько жду вас в гости.
– Откуда ты… ах опять эти твои ведьмовские штучки. Вечно всё знает наперёд! Очень скучал по тебе. А ты всё не меняешься, словно время и не властно над тобой. Все такая же сумасшедшая.
– А ты мой друг изрядно потрепался, хоть и седины не посеребрили локоны твои.
– И, как всегда, честна, и говоришь всё прямо в лоб. Всегда это нравилось в тебе!
– Ну вы так и будете обмениваться любезностями, ― вмешался Кэмдиброг, ― или всё же впустите нас, до того как мы в сосульки превратимся?
– О, а это, наверное, тот самый Кэмдиброг?
– Да, но, позволь, представлю тебе всех.
– О нет. Не стоит, милый Алантай. Твои друзья замёрзли и устали, им хочется скорей тепла. Так не будем тянуть время! К тому же я и сама прекрасно знаю, кто есть кто. Причём даже лучше, чем они сами. Ну же, милости прошу в мою скромную обитель! Мой дом ― ваш дом. Лошадей же прошу оставить снаружи, на привязи в том хлеву. А ты, ― она указала своим кривым пальцем на Эмили,― подожди меня здесь со своим конём. Ему же нужна помощь?
– Да! Спасибо!
