«Пожалуй, и правда нужно выкинуть его из головы, ― уныло думала девушка. ― И не только потому, что он плохой человек… Разве он посмотрит на меня когда-нибудь? Нет. Он меня и в упор-то не замечает. Да и как можно заметить такую серую никчёмную мышь, как я…»
Вдруг она услышала глухие шаги за спиной. К огромному удивлению Эмили, это оказался Оуэн.
– Что это было? ― со злостью накинулась она на парня.
– Ну прости! Пожалуйста, прости! Он ожидал от меня как раз этот ответ, я не мог его подвести. К тому же, как я слышал, ты ешь какую-то пробуждающую траву. Так что тебе ничего не стоит не поспать ещё ночку. Кстати… у тебя ещё много этой волшебной травки? А то сейчас ещё только семь часов, а я уже на ходу засыпаю. Может, поделишься?
– Это вообще-то не травка, а корень яснушки…
– Ну, давай я куплю у тебя один корешок?
– Знаешь, Оуэн, ― вздохнула девушка, ― иногда мне кажется, что ты идиот…
– Что-что?
– Ничего… ― ответила Эмили, и вдруг у неё созрел план. ― Вообще-то, почему бы нет… С радостью поделюсь с тобой корешком! ― она протянула один корень парню. ― Вот, держи.
– О, спасибо! Сколько корешков надо съесть, чтобы до десяти часов бодрячком продержаться?
– Съесть? ― с улыбкой переспросила девушка, вспоминая указ Риэль о том, что «есть эти корни нельзя, а то заснёшь о-очень нескоро». ― Одного корешка хватит.
– Спасибо ещё раз. Ты добрейший человек! Поверь, я тебе потом тоже отплачу добром на добро.
– Ага, ― выдавила она из себя ответ, пытаясь не засмеяться.
Оуэн ушёл, и Эмили посмотрела ему вслед, довольно улыбаясь и с трудом удерживаясь, чтобы злорадно не захихикать. Теперь настроение её улучшилось, плохие мысли покинули, а грусть не оставила и следа. Вдруг она увидела перед собой одинокую снежинку, тихо опускающуюся на землю, и быстро подхватила её рукой, не дав упасть. Несколько секунд девушка любовалась её замысловатой красотой, пока та не растаяла, а затем, смахнув оставшуюся капельку, продолжила собирать хворост. Мысль о скорой зиме почему-то обрадовала её, а ночью силы давало постоянное тихое ворчание Оуэна, ворочавшегося всю долгую ночь и не понимающего, почему же он никак не может уснуть.
– Холодно… чёрт, как же холодно… ― причитал Ник, пробираясь через снежные заносы глубокой ночью.
Прошла всего неделя, а зима уже бушевала во всю силу. Но настолько холодной ночи, как эта, ещё не было.
– А я есть хочу… и спать. Как же приятно всё-таки хотеть спать… ― стонал Оуэн, который только вчера отошёл от корня яснушки и из-за сильной метели остался без ужина. Впрочем, как и все остальные. Кстати, он догадался о причине своей недельной бессонницы и теперь не разговаривал с Эмили. Хотя она не очень переживала по этому поводу, а, наоборот, поддерживала бойкот.
– Ну хватит уже ныть! ― подталкивала парня в спину Джо, стуча зубами. ― Вы действуете мне на нервы. Какие же вы всё-таки слабаки! Тоже мне, мужчины…
– Да, похоже, это тот случай, ― вмешалась Риэль, которая, похоже, замечательно переносила сильный мороз, ― когда женщины больше приспособлены к экстремальным условиям.
– Вот это точно, ― согласилась бразильянка.
Но Эмили, пожалуй, не могла с ними согласиться. Она покачивалась от порывов ветра, удивляясь, как её только ещё не унесло. Девушка продрогла вся насквозь, тело одеревенело от холода, мышцы сводило, каждое движение давалось через боль и огромные усилия, а челюсти стучали с такой силой, что она не могла не то что на погоду жаловаться, но даже и словечка вымолвить! Руку, сжимающую поводья Лайта, она уже давно перестала чувствовать. Да и сам Лайт эти погодные условия переносил явно хуже, чем остальные лошади, и как-то подозрительно похрамывал в последние часы.
– Скоро ребята, ― подбадривал Танталиил, идущий позади всех, ― совсем скоро доберёмся до деревни Шермь…
– Вот уж радость-то… ― ворчал Фандур, ― ведьмина деревня, куда стекаются все отбросы со всех миров… Ведьмы, маги… Все помнят, кто они такие?
– Да, ― быстро ответила Джо, ― это эльфы, занимающиеся запретной чёрной магией. Так называемые «тёмные эльфы». Чаще всего являются отшельниками.
– Именно! Падшие эльфийские отбросы… Была бы моя воля, повыгонял бы их всех в Тайтенхим, вместе с орками и остальными низшими созданиями.
– Не будьте столь категоричны, ― возразил Танталиил. ― Не для того ли создавался Рэтхим, чтобы эти, как вы выразились, «низшие создания» могли бы спокойно существовать в мире и не преследоваться людьми? К тому же, далеко не все ведьмы и маги – заядлые преступники.
