Зов запахов полностью

«В церкви человек чувствовал себя так, будто его посадили во флакон с нюхательной солью: из одного места несет всякого рода духами, из другого – ароматическими веществами, бальзамами, лекарствами и травами, из третьего – солями и кислотами»[22].

Все, кто очарован музыкой, знают, что люди слушают ее не только ушами, но всем телом. Музыка, звук, голос – это вибрации, которые наше тело принимает и впитывает в себя; кожа, кости – всё, что может вибрировать, вибрирует в унисон.

«Для догонов – народности, живущей в Мали, – звук и запах – вещи однородные, потому что и то и другое распространяется в воздухе. Они „слушают“ запах, хорошая дикция „приятно пахнет“, а когда кто-то гнусавит – это „пахнет плохо“»[23].

В японском языке глагол kiku означает как «слушать», так и «дегустировать алкоголь» и «вдыхать запах ладана» во время ритуала.

«У китов и дельфинов, владеющих техникой эхолокации, практически отсутствует обоняние».

Существуют ли обонятельные шумы?

Дело было июньской ночью. В чуть влажном воздухе уже пахло началом лета. Она проснулась посреди ночи и прошла через гостиную в кухню, чтобы попить воды. В открытые окна лился свет полной луны, так что лампу можно было не включать. Именно в эту минуту, в нежных сумерках она почувствовала присутствие какого-то незнакомого запаха.

Эту маленькую квартирку в Тестаччо она купила пять лет назад. Ей казалось, что Тестаччо еще не заполонили толпы туристов, которые здорово осложняют жизнь кое-где в городе, в том числе там, где прошло ее детство. Она всегда любила спокойный район Тестаччо с его размеренной жизнью. Да и транспортом он был хорошо обеспечен. Однако она не жила там постоянно. По профессии она была педагогом-репетитором, работала с актерами и часто уезжала из Рима: с одними ездила на съемки, с другими на гастроли. Вероятно, именно поэтому она приобрела эту квартиру, где, едва переступив порог, начинала чувствовать себя «дома», даже если отсутствовала несколько месяцев. Квартира была ее верным другом, здесь ее ждала большая кровать, кухня с окнами во внутренний дворик, выложенная желто-бежевой плиткой по моде 1950-х годов, которую она не стала менять, светлая гостиная, в огромные окна которой приятно было впустить суету города.

Запах, казалось, шел с маленького балкончика в гостиной, на котором помещался только кондиционер. Она подошла к окну и ощутила запах, похожий на запах старого дома, как будто из другой эпохи. Это был не один какой-то запах, а целый комплекс разнообразных элементов, накапливавшихся на протяжении жизни многих поколений. Пахло старым диваном, слегка влажным деревом, вечерними супами, камином, заплесневелой бумагой, старыми одеколонами, хлебом и всем тем, из чего когда-то состояло жилище. Этот аромат вызвал у нее прилив ностальгии. Она подумала, что через широко открытые окна к ней, вероятно, проникает запах соседней квартиры, и эта мысль заставила ее улыбнуться. Неизвестно почему мысль о том, что этот запах всё еще существует в этом мире, рядом с ее жилищем, показалась ей обнадеживающей – как доказательство жизни в другом временном плане.

Время от времени шум города доходил до ее пятого этажа, но запахи с улицы – почти никогда. В кухню иногда проникали какие-то ароматы из соседних кухонь, наводившие на мысли о блюдах, которые там готовились. Но случаи, когда она отдавала себе отчет в том, что в ее доме присутствуют чужие запахи, приятные или нет, были большой редкостью. Не исключено, что она заметила у себя в квартире «внешний» запах впервые.