| Then all the torches but one were extinguished - a measure of prudence; and the melancholy train that bore the body to the camp was just to be distinguished by the glimmering light that remained. | Затем погасли все факелы, кроме одного. Мертвое тело понесли в лагерь, и печальный кортеж, сопровождавший его, можно было разглядеть лишь при тусклом мерцании единственного светильника. |
| Judith sighed heavily and shuddered, as her paddle again dipped, and the canoe moved cautiously around the point. | Джудит вздрогнула и тяжело вздохнула, снова погрузив весло в воду. Пирога бесшумно обогнула оконечность мыса. |
| A sight had afflicted her senses, and now haunted her imagination, that was still harder to be borne, than even the untimely fate and passing agony of the deceased girl. | Сцена, которая только что поразила чувства девушки и теперь преследовала ее воображение, казалась ей еще страшнее, даже чем агония и смерть несчастной ирокезки. |
| She had seen, under the strong glare of all the torches, the erect form of Deerslayer, standing with commiseration, and as she thought, with shame depicted on his countenance, near the dying female. | При ярком свете факелов Джудит увидела статную фигуру Зверобоя, стоявшего возле умирающей с выражением сострадания и как бы некоторого стыда на лице. |
| He betrayed neither fear nor backwardness himself; but it was apparent by the glances cast at him by the warriors, that fierce passions were struggling in their bosoms. | Впрочем, он не выказывал ни страха, ни растерянности, но по взглядам, устремленным на него со всех сторон, легко было догадаться, какие свирепые страхи бушевали в сердцах краснокожих. |
| All this seemed to be unheeded by the captive, but it remained impressed on the memory of Judith throughout the night. | Казалось, пленник не замечал этих взглядов, но в памяти Джудит они запечатлелись неизгладимо. |
| No canoe was met hovering near the point. | Возле мыса девушки никого не встретили. |
| A stillness and darkness, as complete as if the silence of the forest had never been disturbed, or the sun had never shone on that retired region, now reigned on the point, and on the gloomy water, the slumbering woods, and even the murky sky. | Молчание и тьма, такие глубокие, как будто лесная тишина никогда не нарушалась и солнце никогда не светило над этой местностью, царили теперь над мысом, над сумрачными водами и даже на хмуром небе. |
| No more could be done, therefore, than to seek a place of safety; and this was only to be found in the centre of the lake. | Итак, ничего не оставалось делать; надо было думать только о собственной безопасности, а безопасность можно было найти только на самой середине озера. |
| Paddling in silence to that spot, the canoe was suffered to drift northerly, while the girls sought such repose as their situation and feelings would permit. | Отплыв туда на веслах, Джудит позволила пироге медленно дрейфовать по направлению к северу, и, поскольку это было возможно в их положении и в их состоянии духа, сестры предались отдыху. |
| Chapter XIX | Глава 19 |
| "Stand to your arms, and guard the door- all's lost Unless that fearful bell be silenced soon. | Проклятье! С оружием встать у входа! Все погибло, Коль страшный звон не смолкнет. |
| The officer hath miss'd his path, or purpose, Or met some unforeseen and hideous obstacle. | Офицер Напутал что-то или вдруг наткнулся На гнусную засаду. |
| Anselmo, with thy company proceed Straight to the tower; the rest remain with me." Byron, Marino Faliero, lV.ii.23o-35. | Эй, Ансельмо, Бери твой взвод и - прямиком на башню. Всем остальным со мною быть. |
