| Judith joined her sister with an air of dignity and solemnity it was not her practice to show, and, though the gleamings of anguish were still visible on her beautiful face, when she spoke it was firmly and without tremor. | Джудит подошла к сестре с видом торжественного достоинства, обычно мало свойственным ей; и хотя следы пережитого волнения еще были видны на ее красивом лице, она заговорила твердо и без колебаний. |
| At that instant Hist and the Delaware withdrew, moving towards Hurry, in the other end of the boat. | В этот миг Уа-та-Уа и делавар направились на корму к Непоседе. |
| "Sister," said Judith kindly, "I have much to say to you; we will get into this canoe, and paddle off to a distance from the Ark -The secrets of two orphans ought not to be heard by every ear." | - Сестра, - сказала Джудит ласково, - мне надо о многом поговорить с тобой; мы сядем в пирогу и отплывем немного от ковчега; секреты двух сирот не предназначены для посторонних ушей. |
| "Certainly, Judith, by the ears of their parents? | - Конечно, Джудит, но родители могут слушать эти секреты. |
| Let Hurry lift the grapnel and move away with the Ark, and leave us here, near the graves of father and mother, to say what we may have to say." | Прикажи Непоседе поднять якорь и отвести отсюда ковчег, а мы останемся здесь, возле могил отца и матери, и обо всем поговорим друг с другом. |
| "Father!" repeated Judith slowly, the blood for the first time since her parting with March mounting to her cheeks - "He was no father of ours, Hetty! | - Отца... - повторила Джудит медленно, причем впервые со времени разговора с Марчем румянец окрасил ее щеки. - Он не был нашим отцом, Хетти! |
| That we had from his own mouth, and in his dying moments." | Мы это слышали из его собственных уст в его предсмертные минуты. |
| "Are you glad, Judith, to find you had no father! | - Неужели ты радуешься, Джудит, что у тебя нет отца? |
| He took care of us, and fed us, and clothed us, and loved us; a father could have done no more. | Он заботился о нас, кормил, одевал и любил нас; родной отец не мог сделать больше. |
| I don't understand why he wasn't a father." | Я не понимаю, почему он не был нашим отцом. |
| "Never mind, dear child, but let us do as you have said. | - Не думай больше об этом, милое дитя. Сделаем так как ты сказала. |
| It may be well to remain here, and let the Ark move a little away. | Мы останемся здесь, а ковчег пусть отплывет немного в сторону. |
| Do you prepare the canoe, and I will tell Hurry and the Indians our wishes." | Приготовь пирогу, а я сообщу Непоседе и индейцам о нашем желании. |
| This was soon and simply done, the Ark moving with measured strokes of the sweeps a hundred yards from the spot, leaving the girls floating, seemingly in air, above the place of the dead; so buoyant was the light vessel that held them, and so limpid the element by which it was sustained. | Все это было быстро сделано; подгоняемый мерными ударами весел, ковчег отплыл на сотню ярдов, оставив девушек как бы парящими в воздухе над тем местом, где покоились мертвецы: так подвижно было легкое судно и так прозрачна стихия, поддерживавшая его. |
| "The death of Thomas Hutter," Judith commenced, after a short pause had prepared her sister to receive her communications, "has altered all our prospects, Hetty. | - Смерть Томаса Хаттера, - начала Джудит после короткой паузы, которая должна была подготовить сестру к ее словам, - изменила все наши планы на будущее, Хетти. |
| If he was not our father, we are sisters, and must feel alike and live together." | Если он и не был нашим отцом, то мы все-таки сестры и потому должны жить вместе. |
