| We must live, in future, as becomes respectable young women, and cannot remain here, to be the talk and jest of all the rude and foul tongu'd trappers and hunters that may come upon the lake. | Отныне мы должны жить, как подобает скромным молодым женщинам. Значит, нам никак нельзя остаться здесь и служить мишенью для сплетен и шуток грубых и злых на язык трапперов и охотников, которые посещают это озеро. |
| Let Hurry go by himself, and then I'll find the means to see Deerslayer, when the future shall be soon settled. | Пусть Непоседа уходит, а я уж найду способ повидаться со Зверобоем, и тогда вопрос о нашем будущем разрешится быстро. |
| Come, girl, the sun has set, and the Ark is drifting away from us; let us paddle up to the scow, and consult with our friends. | Но солнце уже село, а ковчег отплыл далеко; давай вернемся и посоветуемся с нашими друзьями. |
| This night I shall look into the chest, and to-morrow shall determine what we are to do. | Сегодня ночью я загляну в сундук, а завтра мы решим, что делать дальше. |
| As for the Hurons, now we can use our stores without fear of Thomas Hutter, they will be easily bought off. | Что касается гуронов, то их легко будет подкупить теперь, когда мы можем распоряжаться всем нашим имуществом, не опасаясь Томаса Хаттера. |
| Let me get Deerslayer once out of their hands, and a single hour shall bring things to an understanding." | Если только мне удастся вызволить Зверобоя, мы с ним за какой-нибудь час поймем друг друга. |
| Judith spoke with decision, and she spoke with authority, a habit she had long practised towards her feeble-minded sister. But, while thus accustomed to have her way, by the aid of manner and a readier command of words, Hetty occasionally checked her impetuous feelings and hasty acts by the aid of those simple moral truths that were so deeply engrafted in all her own thoughts and feelings; shining through both with a mild and beautiful lustre that threw a sort of holy halo around so much of what she both said and did. On the present occasion, this healthful ascendancy of the girl of weak intellect, over her of a capacity that, in other situations, might have become brilliant and admired, was exhibited in the usual simple and earnest manner. | Джудит говорила твердо и решительно, зная по опыту, как нужно обращаться со своей слабоумной сестрой. |
| "You forget, Judith, what has brought us here," she said reproachfully. "This is mother's grave, and we have just laid the body of father by her side. | - Ты забываешь, Джудит, что привело нас сюда! -укоризненно возразила Хетти. - Здесь могила матушки и только что рядом с ней мы опустили тело отца. |
| We have done wrong to talk so much of ourselves at such a spot, and ought now to pray God to forgive us, and ask him to teach us where we are to go, and what we are to do." | В этом месте нам не подобает так много говорить о себе. Давай лучше помолимся, чтобы господь бог не забыл нас и научил, куда нам ехать и что делать. |
