| All her feelings as a woman, and as a woman who, for the first time in her life was beginning to submit to that sentiment which has so much influence on the happiness or misery of her sex, revolted at the cruel fate that she fancied Deerslayer was drawing down upon himself, while the sense of right, which God has implanted in every human breast, told her to admire an integrity as indomitable and as unpretending as that which the other so unconsciously displayed. | Все ее существо, существо женщины, которая впервые в жизни начала поддаваться чувству, оказывающему такое могущественное влияние на счастье или несчастье представительниц ее пола, возмущалось при мысли о жестокой участи, которую готовил себе Зверобой. В то же время чувство справедливости побуждало ее восхищаться этой непоколебимой и вместе с тем такой непритязательной честностью. |
| Argument, she felt, would be useless, nor was she at that moment disposed to lessen the dignity and high principle that were so striking in the intentions of the hunter, by any attempt to turn him from his purpose. | Она сознавала, что всякие доводы бесполезны, да в эту минуту ей бы не хотелось умалить какими-нибудь уговорами горделивое достоинство и самоуважение, сказавшиеся в решимости охотника. |
| That something might yet occur to supersede the necessity for this self immolation she tried to hope, and then she proceeded to ascertain the facts in order that her own conduct might be regulated by her knowledge of circumstances. | Она еще надеялась, что какое-нибудь событие помешает ему отдать себя на заклание; прежде всего она хотела подробно узнать, как обстоит дело, чтобы затем поступать сообразно обстоятельствам. |
| "When is your furlough out, Deerslayer," she asked, after both canoes were heading towards the Ark, and moving, with scarcely a perceptible effort of the paddles, through the water. "To-morrow noon; not a minute afore; and you may depend on it, Judith, I shan't quit what I call Christian company, to go and give myself up to them vagabonds, an instant sooner than is downright necessary. | - Когда кончается ваш отпуск. Зверобой? -спросила она, когда обе пироги направились к ковчегу, подгоняемые едва заметными движениями весел. - Завтра в полдень, и ни минутой раньше. Можете поверить мне, Джудит, что я не отдамся в руки этим бродягам даже на секунду раньше, чем это необходимо. |
| They begin to fear a visit from the garrisons, and wouldn't lengthen the time a moment, and it's pretty well understood atween us that, should I fail in my ar'n'd, the torments are to take place when the sun begins to fall, that they may strike upon their home trail as soon as it is dark." | Они уже побаиваются, что солдаты из соседнего гарнизона вздумают навестить их, и не хотят больше терять понапрасну время. Мы договорились, что, если я не сумею добиться исполнения всех их требований, меня начнут пытать, как только солнце склонится к закату, чтобы и они могли пуститься в обратный путь на родину с наступлением темноты. |
| This was said solemnly, as if the thought of what was believed to be in reserve duly weighed on the prisoner's mind, and yet so simply, and without a parade of suffering, as rather to repel than to invite any open manifestations of sympathy. | Это было сказано торжественно, как будто душу пленника тяготила мысль об ожидающей его участи, и вместе с тем так просто, без всякого бахвальства своим будущим страданием, что должно было скорее предотвращать, чем вызывать открытые изъявления сочувствия. |
| "Are they bent on revenging their losses?" Judith asked faintly, her own high spirit yielding to the influence of the other's quiet but dignified integrity of purpose. | - Значит, они хотят отомстить за своих убитых? -спросила Джудит слабым голосом. Ее неукротимый дух подчинился влиянию спокойного достоинства и твердости собеседника. |
| "Downright, if I can judge of Indian inclinations by the symptoms. | - Совершенно верно, если можно по внешним признакам судить о намерениях индейцев. |
| They think howsever I don't suspect their designs, I do believe, but one that has lived so long among men of red-skin gifts, is no more likely to be misled in Injin feelin's, than a true hunter is like to lose his trail, or a stanch hound his scent. | Впрочем, они думают, что я не догадываюсь об их замыслах. Но человек, который долго жил среди краснокожих, так же не может обмануться в их чувствах, как хороший охотник не может сбиться со следа или добрая собака - потерять чутье. |
