Эви снова растерянно промолчала. Смена имени могла означать только одно… Пока ее не было, Линэль вышла замуж за лорда третьего ринга и стала леди Инэль. До этого ее так назвал советник Дэин, но показалось, что он оговорился. Как выяснилось, нет.
— О, лорд Фрэйл в добром здравии, он недавно говорил с его высочеством. Мы встретили его после суда, ожидая решения, на нем лица не было. — Она послала ей ободряющую улыбку. — Принц сказал, что вы ни в чем не виноваты.
— Постойте, — пробормотала Эви. — Эрона ведь не было на суде?
Жрица виновато потупилась.
— Он стоял позади тебя, на балконе за твоей спиной, и пробыл почти до конца.
Кровь ударила ей в лицо, и Эви моментально забыла о холоде. Значит, он все слышал и считает ее невиновной, но прятался от нее, как трусливый мальчишка.
— Ему запретили участвовать в процессе во избежание конфликта, — поспешила оправдать его Нэн. — Только когда он дал слово истинного сына, что не будет вмешиваться и останется незамеченным, ему позволили быть там. Сама понимаешь, он не мог нарушить слово.
— Я и правда слишком устала, — пробормотала Эви. — Простите, но я хочу побыть одна.
Она постояла в нерешительности несколько мгновений и как можно мягче добавила:
— Надеюсь, ты счастлива в браке, Инэль.
После чего развернулась и ушла. Нэн благоразумно не последовала за ней, так как они уже были в северном крыле и до покоев было рукой подать.
Перед дверью в комнату, что она мысленно еще называла своей, Эви помедлила, держась за ручку. Что-то подсказывало, что Эрон ждет ее. Готова ли она поговорить с ним? Хочет ли видеть его? Она глубоко вдохнула и вошла.
— Ты была права, — сказал он, стоя у окна, — я недостоин быть твоим маэлем. Я и сам это всегда знал.
Эви осторожно прикрыла дверь и прислонилась к ней спиной.
— Маэле из меня тоже так себе, — ответила она тихо. — От меня вечно одни неприятности.
— Почему ты сразу не рассказала? — Эрон обернулся.
— Не знаю… — Эви порывисто вздохнула. — Я была так зла на тебя. А когда я злюсь на тебя, то теряю разум.
— Все это время я не переставал тебя искать, хоть и думал, что это ты вонзила мне в спину нож. Я был так самодоволен, что даже пытался найти тебе оправдания.
Он сделал несколько шагов, и она напрягла плечи и стиснула кулаки. Ладони взмокли.
— Как оказалось, ты просто спасала мою жизнь.
— Я… — Она отвела взгляд, в горле пересохло. — Я не знаю, что сказать.
— Не надо ничего говорить, — тихо произнес Эрон, подойдя почти вплотную. — Ты сделала это, потому что любишь меня.
— Не прикасайся, пожалуйста, — прошептала Эви.
— Почему? — Его рука застыла возле застежки ее плаща. — Потому что теперь ты меня ненавидишь?
— Потому что я… грязная…
Несколько ударов сердца Эрон не двигался. Затем расстегнул ее плащ. Ткань с шорохом упала на пол у ее ног. Он коснулся кончиками пальцев ее плеча, где желтели синяки от рук Илиаса, провел по шее, там, где остались следы удушения. Эви дрожала, зажмурив глаза. Чувствуя себя слабой и никчемной, будто ужасный суд выжал из нее последние капли гордости и сил.
— Ты не грязная, — прошептал Эрон, обхватив ладонями ее лицо. — Ты прекрасна. И я так люблю тебя, но не знаю, как загладить свою вину. Прости…
С ее губ сорвался всхлип, и из глаз брызнули слезы. Он обнял ее, прижал к себе, окутал потоком, согревая, и она не выдержала и едва не упала под тяжестью прожитых в разлуке дней. Эрон подхватил ее на руки и отнес в постель, усадил к себе на колени. Он гладил ее по голове и по спине, сцеловывал ее слезы, шепча такие важные и нужные слова, и соглашался на все ее сбивчивые жалобы и ругательства.
Наконец Эви доверчиво прижалась к его теплой груди, слушая ритмичный стук сердца, и постепенно затихла, лишь изредка вздрагивая.
— Я не хочу в храм, — пробормотала она, когда слезы иссякли. — Не позволяй им меня забрать.
— Если не хочешь, значит они тебя не получат.
— Они сказали, что лишат Илиаса дара. Дочери правда могут сотворить такое?
Эрон вздохнул.
— Думаю, что да. Это большая редкость, но подобное уже случалось.
— Думаешь, он сильно разозлится? Король Интар позволил ему забрать Элию…
Эви закрыла глаза. Пока она здесь, чувствует себя защищенной в объятиях любимого мужчины, Элия все еще с этим монстром, способным на что угодно. Что если он придет в ярость, лишившись способностей, и захочет сорвать на ней злость? Конечно, он дал королю слово истинного сына, что не причинит ей вреда, но будет ли иметь вес это слово после отлучения от дара?
— Интар лживый мерзавец, и от него можно всякое ожидать, — сказал Эрон. — Я уже разослал людей по всему Акросу, чтобы найти его однорукое отродие.
Эви медленно вдохнула, собираясь с силами, выпрямилась и приняла решение.
— Я должна тебе признаться. — Она сглотнула. — Рука, которую привез Интар… не принадлежит Илиасу.
Глава 36
