— Если бы лошади не были так нагружены, то мы добрались бы до города еще до захода солнца. — ответил тот, окинув взглядом плетущихся впереди животных. — Но так нам придется сделать несколько остановок, чтобы они смогли отдохнуть, да и тропы тут, сам видишь, не предназначены для караванов, а поэтому мы в лучшем случае прибудем в Ашур к вечеру завтрашнего дня.
Местность и вправду была труднопроходимой. Феликс был почти уверен, что они шли именно по тому самому каньону, который он видел во сне, и в котором Арк сражался с императором ашурийцев. Но тогда дорога была намного более широкой и заезженной, чем то, что он видел сейчас. Наверное, этим путем уже давно никто не пользовался, и поэтому он зарос сухими деревьями и кустарниками, а дороги завалило камнями, которые за долгое время откалывались и падали с отвесных скал. Несколько раз им пришлось распрягать лошадей, и переносить вещи через особо заваленные места. А один раз Хольф даже перенес на плечах одну из лошадей, которая заупрямилась, и не желала перескакивать через каменную преграду. Распевая своим хриплым голосом старую и популярную на севере песню «Герой-Гора и Дева-Река», он спокойно перешагивал с испуганной кобылой на плечах через разбросанные повсюду камни. Вскоре в другом конце их веретеницы к нему присоединился Арель, и их голоса стали отдаваться гулким эхом внутри каменных стен:
Феликс и сам не заметил, как вместе с ними тоже начал подпевать себе под нос. Что не говори, но никсы любят хорошие песни и рассказы, а что может быть лучше, чем спеть песню во время долгого странствия?
— Вижу, ты не падаешь духом, мой добрый друг. — проговорил Дэй, пока Хольф громко ругался с Аньей, которая назвала его пение «пыткой, которая доносится из самой глубокой задницы преисподней».
— У меня на родине говорят, что песни, вино и женщины везде одинаковы, так что если тебе грустно, то попытайся найти что-нибудь из этого. — улыбаясь ответил Феликс.
— Я бы поспорил с каждым из этих утверждений. — вставил Эскер, который шел позади них.
— Почему ты так думаешь? — возразил Феликс. — Да, слова и музыка могут различаться, но везде есть как грустные, так и веселые песни. Вино тоже существует и горькое, и сладкое — тебе ли не знать, человек из Меридиана. Ну а женщины… тут и говорить нечего — они точно везде одинаковы.
— Одинаковы?! — громко хмыкнул один из наемников по имени Джамир, с пышной, покрашенной хной бородой. — Ты был когда-нибудь в Арно-Очинг, парень? Видел какие там женщины?
Феликса захватила волна бурного негодования, смешанная с жалостью к бедному наемнику, не имеющего чувства прекрасного, или не умевшего ценить красоту. Да, жители морского королевства имели своеобразную внешность — высокие, с очень длинной и тонкой шеей, почти как у лебедя, и маленькой головой, что, к слову, не мешало им быть одними из самых мудрых народов в Кальдеросе. Феликс ничего не мог сказать по поводу мужчин, но женщины-арнистрийки, по его мнению, были очень даже красивыми. В империи можно было найти великое множество картин, посвященных этим вызывающим вдохновение созданиям, красота которых считалась экзотичной и очень изящной. К тому же они считались лучшими танцовщицами, из-за своих тонких и длинных тел, движения которых сравнивали с горящим пламенем свечи.
— Может быть ты просто не там искал? — предположил Феликс.
