— Уже за тебя все давно подумали. — мальчуган скрестил руки на груди и принял самодовольную позу. — Дерево нужно, дерево!
Великан нахмурил кустистые брови, и отведя в сторону глаза, задумчиво почесал подбородок. Тут Феликс заметил, что зрачки у него тоже необычные, белые, словно у слепца, но при этом мерцающие в темноте как у кошки, от чего очень сильно походили на полную луну в ночном небе.
— Это… — проговорил ошарашенный Эскер, указав на мальчишку.
— Да, это я. — тихо пробормотал Арель, который тоже не сводил глаз с мальчика. — Я уже и не помню, сколько мне тогда лет было, ну, когда попал в этот мир. Отец умер еще до моего рождения, а дед все время рассказывал мне сказки, что, мол, где-то на берегах Эльвы можно найти проход в другие миры, которые полны сокровищ. Наверное, тогда я и решил найти их. — Арель печально отвел глаза. — Я не помню…
— Вас звали Рейнарель? — пораженно спросил Феликс, так как вспомнил про сказку, которую когда-то придумал сам. Или тогда ему это лишь показалось?
— Такое имя дала мне мать. — кивнул Арель. — Но моему отцу было трудно его запомнить, и еще труднее произносить, поэтому я сократил его. Но даже так отцу было трудно, поэтому он всегда называл меня Аэл.
— Отцу? — Зено недоуменно переглянулась с Анастерианом. — Вы же только что сказали, что ваш…
— Это мой отец. — Арель выпятил грудь и указал на серую спину великана. — Мунглах! Его я помню лучше, чем кого-либо еще. Он спас меня, хотя мог просто съесть. Великаны, знаете ли, не слишком дружелюбные ублюдки. Но Мунглах не только спас меня, но и многому обучил. Как ловить молнии, например.
— Этому разве можно обучиться? — все еще растерянно проговорила Зено. — Я всегда полагала, что это наследственный дар.
— Не важно. — резко отмахнулся от нее Арель. — Он меня спас, и я за это ему благодарен.
— И что дальше? — Гелиос перевел взгляд на великана. — Как ты выбрался из этого места? Это ведь не наш мир, так?
— Это и дураку понятно, что не наш. — Арель издал горький смешок. — Вам ведь ничего не известно про них, так? — он снова посмотрел на спину Мунглаха, который в этот момент подчерпнул маленькой ложечкой еще горячего молока, и поднес его ко рту упирающегося мальчишки. — Когда-то они были людьми. Великаны эти. Всей их истории мне сейчас не вспомнить, хотя отец не раз мне ее рассказывал, но знаю, что когда-то они вторглись в Святые Уделы… Как
— Наверное, вы имеете Первородный Камень Уа, о котором нам рассказал сейчас Рануил? — поправил его Феликс, переглянувшись с остальными.
— Вот-вот, его. — кивнул Арель. — Их, конечно, прогнали, а затем сослали в нижний мир, где не светит солнце, и где нет ничего кроме камня и воды, которую они очень не любят. Но перед тем, как это случилось, им удалось увидеть настоящую, чистую луну, этот самый Камень, и его отпечаток навсегда застыл в их глазах. Так они стали грезить луной, и стремиться покинуть свою тюрьму чтобы вновь увидеть ее.
Пока Арель говорил, видение переменилось, и образы Мунглаха с маленьким Арелем растаяли в тенях. Бледный свет теперь стал еще более тусклым. Феликс подумал, что теперь в воспоминаниях наступила ночь, и хотел было посмотреть на кусочек неба, который был виден из этого большого грота, чтобы узнать, как этот странный мир выглядит в темное время суток. Но когда он повернулся, то увидел перед собой еще одну темно-золотую скалу, которая была настолько высокой, что терялась в непроглядных тенях потолка. И только спустя пару секунд Феликс понял, что это была вовсе не скала, а нос исполинского каменного корабля, который был раза в три больше, чем громоздкие Палмадэи, которые Феликс видел в штабе Железных Масок.
— Прокляни меня морская горгулья, я и забыл насколько он был большой! — воскликнул взрослый Арель, с ухмылкой глядя на каменное сооружение.
— Это что… корабль?! — удивленно воскликнул Декстер. — Как он может стоять на воде?
Пока Арель объяснял лорду как устроен корабль, Феликс, вместе с остальными, пошли вдоль каменного берега, рассматривая правый борт этой невероятной громадины. Из слов Ареля выходило, что основу корабля, а именно сам корпус, выточили из цельного куска здешней скалы, а мачты и другие мелкие детали достроили уже после. Пока они шли, Феликс увидел, что на улице все также пасмурно, как и в предыдущем воспоминании. На миг ему стало интересно, а сменяются ли в этом мире день с ночью, но потом его внимание привлек взъерошенный великан, который склонился около правого борта.
