– Когда мы совершаем гиперпрыжок, мы проходим мимо глаз, но никого больше там нет. А мне нужно остановиться там и помочь сбежать моим людям и цитоникам-киценам.
Куна и медики переглянулись. Похоже, медики как минимум решили, что я сошел с ума. Я был, черт побери, командиром в сражении, и вот я сидел и смотрел на стену и пытался что-то услышать, пока остальные сражались. Я бы на их месте подумал точно так же, и, возможно, они были правы. Если кто-нибудь пострадает, пока я тут гоняюсь за тенями, это будет моя вина. Я никогда себе этого не прощу.
– Вы действительно верите, что наши ходящие в тенях все еще живы и заперты за этим порталом?
– Да, – сказал я.
«Помоги нам!» – позвали они.
Я подобрал Милашку, и она ткнулась носом в мое запястье.
Джуно направил свою платформу к стеклянному шкафу, заполненному книгами, открыл его и достал одну. Книга была толщиной с три моих пальца и размером с ладонь. В лапах Джуно она выглядела огромной.
– Позволь мне найти одну из медитаций.
Я сомневался, что мне нужна медитация – во всяком случае, для этого. Я сделал шаг к порталу.
– Ходящий в тенях! – окликнул меня Джуно. – Ты уверен, что хочешь подойти ближе? Если действительно веришь, что это портал в «нигде»…
– Спенса сказала, что цитоник может провалиться в такой портал, – сказал я. – Возможно, именно это и произошло с вашими цитониками в прошлом. Но если я даже не попытаюсь взаимодействовать с ним, как мне добраться до них?
Я прошел между носилками с Бабулей и Коббом и подошел к порталу, стараясь не наступить на крошечные столы, стулья или тележки, заполненные книгами. Я подошел к порталу на расстояние вытянутой руки и осмотрел его.
Я чувствовал их. Кицены. Множество киценов. Я чувствовал их печаль и разочарование. Они были заперты за порталом. Их там были целые поколения. Некоторые родились за порталом и не смогли выйти. Некоторые умерли, а другие научились продлевать свою жизнь. Их затянуло туда, и они очутились в ловушке, и не осталось никого, кто мог бы услышать их, а их планета была веками лишена цитоников.
«До сих пор», – прошептал один из них. Я чувствовал их надежду и их неверие.
И вдруг мой разум заполнил знакомый голос.
«Для тебя пришло время послушать, – сказала бабушка Спенсы. – Я слишком стара, чтобы сидеть тут целую вечность с песчанками, и слишком укоренилась в своих привычках, чтобы дожить до двухсот лет, даже если бы могла понять, о чем, ради звезд, они говорят».
Скад!
«Бабуля, – позвал я. – Вы там? Мы нашли тела, ваше и Кобба. Как вы…»
«Я пыталась следовать за голосами, – сказала Бабуля. – И пошла за ними. Прямиком в ту же самую чертову ловушку. Никогда не слушай грызунов, которые просят тебя о помощи. Пусть это будет уроком».
Предположительно, я вызвался помогать грызунам, но не жалел об этом.
«С Коббом все в порядке?» – спросил я.
«Он здесь, – сказала Бабуля. – Бухтит все сильнее с каждым часом. Кицены говорят, что они не уверены, что наши тела могли бы выжить там. Они говорят, что мы можем быть мертвы».
«Вы не умерли, – сказал я. – Но почему это произошло?»
«Я не могла понять, как определить место для гиперпрыжка. Но я слышала голоса, зовущие меня. И я попыталась пройти к ним».
«Я тоже не смог понять, как это делается, – сказал я. – То, как это описывает Аланик, для меня не имеет смысла. Попытаться вместо этого пойти на голоса было разумно».
«Было бы, если бы не одно „но“: когда мы прибыли сюда, наших тел уже не было».
«Они заперты за пределами портала, – сказал я. Вот почему нам приходилось совершать гиперпрыжки в знакомое место или в то место, которое мы видим. Бабуля попыталась отправиться в незнакомое место, и это сработало лишь отчасти. – Я думаю, ваша попытка прыгнуть через портал разорвала вашу душу пополам».
«Похоже, что такое может убить», – сказала Бабуля.
Так оно и было, хотя все еще не убило их. Но скад, как долго они смогут прожить так, наполовину здесь и наполовину в «нигде»? Я и не думал, что такое возможно.
Теперь я мог мысленно заглянуть по ту сторону портала. Это было похоже на Вечноберег – песчаный остров в океане «нигде». Это выглядело странно материальным для места под названием «нигде».
Я понял.
«Они случайно закрыли дверь за собой, – сказал я. – Они очутились в ловушке, и по эту сторону не осталось никого, кто мог бы впустить их обратно».
И они оставались там, сбившись в кучу, такое множество лет.
Скад! Это было невероятно. Кицены должны были обладать этим знанием.
Через портал я ощущал отчаяние киценов из-за смерти их родичей, их страх, что они все погибнут за порталом, что их долгая жизнь закончится, что у них не хватит народу размножаться и поддерживать свою численность. Что роду киценов-цитоников придет конец. Они так долго искали помощи, и теперь они устали. Очень устали. Бабуля была с ними, и они боялись, что ее конец настанет еще раньше, потому что она отделена от тела.
Джуно положил на свою платформу несколько книг – их было так много, что он сам едва помещался между ними в силовых доспехах. Он раскрыл одну из книг лапами в перчатках и подлетел ко мне.
– Волны океана омывают вас, – произнес Джуно.
