Если бы у меня было больше информации об этом, я могла бы использовать ее в качестве валюты, но бо́льшая часть этих технологий была для меня такой же чуждой. У Йоргена в сознании был ключ к ингибитору, но он даже не знал о его существовании. Может быть, на него как-то повлияло, что он родился здесь? Это также объясняло бы, почему слизни могут использовать свои способности.
ФМ привела меня в комнату с чуть более высоким куполообразным потолком. Вокруг большого стола сидели несколько человек с кожей всех оттенков бежевого и коричневого. Интересно, эти оттенки говорят о месте происхождения, как у нас, или о чем-то другом?
Женщина, от которой я сбежала, – ФМ называла ее Джешуа Уэйт – сердито уставилась на меня. Значение выражений лица варьировалось от расы к расе, и Финис заставила меня выучить многие из них, когда я собиралась на Звездовид. Но я совершенно уверена, что сердитый взгляд у всех гуманоидных культур одинаков.
У дальнего конца стола сидел единственный здесь нечеловек, дионеец с синей кожей. Должно быть, это и был министр Куна.
– Аланик из УрДейлов, – произнес он. – Добро пожаловать.
У него, как и у всех присутствующих, был приколот на груди значок-переводчик. Столько у меня на корабле не было, так что Куна, должно быть, тоже принес их немало. Йорген протянул значок мне, и я его приколола.
– Да, добро пожаловать, – сказал мужчина в белой форме. Теперь я смутно припомнила его: он сопровождал Джешуа при нашей первой встрече. – Я адмирал Кобб, а это министр Куна.
У адмирала Кобба под носом росли волосы – большой белый пучок. Очень непрактично для тех случаев, когда тебе надо высморкаться. Или, может, куст и существует для того, чтобы собирать содержимое носа? Отвратительная мысль.
Мне не следовало осуждать обычаи других культур: Финис говорила, что мы должны непредвзято относиться к традициям иных народов, если хотим, чтобы непредвзято относились к нам. В теории я это понимала, но практика давалась мне с трудом.
Адмирал Кобб обошел комнату, представляя Джешуа Уэйт и нескольких человек, по-видимому ее сопровождающих, хотя значения их титулов я так и не поняла и не сумела запомнить их имена. Финис была бы разочарована. Она бы сказала, что хороший шпион всегда обращает внимание на детали.
К сожалению, меня отвлекла Милашка: она соскользнула с плеча Йоргена на стол и направилась к Коббу.
– Этим тварям обязательно присутствовать здесь? – спросил мужчина, сидящий справа от Джешуа.
– Да, – ответил Кобб. – Пилотам было приказано постоянно носить своего тейникса с собой.
– Можем мы избавиться хотя бы от этого? – спросил мужчина, указывая на красно-черного слизня. – Мы все слышали, что он сделал.
– Бабах никому не причинит вреда, – возразил Йорген. – Я работаю с ним.
– Возможно, тогда пилотам следует покинуть помещение, – сказал мужчина. – Все равно здесь не место для обсуждения программы тейниксов.
Он многозначительно посмотрел на Джешуа. Я недостаточно знала о человеческой мимике, чтобы понять все точно, но строить предположения могла.
– Я знаю, что тейниксы – гипердвигатели, – произнесла я; все в комнате с тревогой посмотрели на меня, включая ФМ и Йоргена, хотя я не собиралась раскрывать, что узнала об этом благодаря им. – Мы, УрДейлы, не так невежественны, как предполагает Верховенство.
– Ваш народ подает большие надежды, – сказал Куна. – Поэтому вас и выбрали среди низших рас для участия в наших военных учениях.
Я постаралась не возмущаться из-за термина «низшие расы». Сейчас не время делить ветки.
– Эти военные учения явились к нам на порог и попытались убить нас, – заявила Джешуа. – Так что давайте не будем считать это приглашение такой уж большой честью.
А, значит, Верховенство собирало военные силы, чтобы уничтожить людей! Тогда ясно. Возможно, и хорошо, что я не попала на Звездовид. Теперь я и тайну знаю, которую должна была выведать, и не нажила себе врагов среди людей.
Джешуа продолжала сверлить меня взглядом.
Как, впрочем, и большинство людей.
– Давайте перейдем к делу, – продолжила Джешуа. – Почему вы вернулись, Аланик? Чего вы хотите?
Куна откинулся на спинку стула, и глаза его расширились. Насколько мне известно, это у дионейцев означает дискомфорт. ФМ отступила к двери и так и осталась там стоять, а Йорген тем временем безуспешно пытался заставить Милашку вернуться к нему.
Я бы списала прямой вопрос Джешуа на человеческую агрессивность, но, похоже, не все люди сочли это нормой.
Интересно.
– Я вернулась, потому что думаю, что мы можем помочь друг другу, – сказала я. – Верховенство – враг и моего народа тоже.
– Верховенство – не враг, – быстро сказал Куна. – Винзик, нынешний лидер вооруженных сил Верховенства, занял жесткую позицию в отношении людей, но само Верховенство не является монолитом. Это обширное объединение различных народов и взглядов. Ничто из этого не может быть сведено к единому вероучению или…
– Да, раз вы так сказали, – вклинился адмирал Кобб. – Но как бы вы ни стремились это назвать, вооруженные силы Верховенства пытаются уничтожить нас. А это делает нас с ним врагами.
