— Какая странная система сообщений! — немного нервно и быстро заговорил Хедрон. — Вряд ли так можно было перевезти больше сотни людей одновременно — вряд ли здесь было большое движение. Зачем нужны были все эти сложности: зарываться в землю, если небо было еще открыто? Наверное, Завоеватели не разрешали им летать, хотя в это трудно поверить. А может, это было построено в переходный период, когда люди еще путешествовали, но не хотели иметь никаких напоминаний о космосе? Они могли передвигаться от города к городу, никогда не видя неба и звезд? — Он издал короткий нервный смешок. — В одном я совершенно уверен, Элвин. Когда Лис существовал, он был очень похож на Диаспар. Все города должны были быть похожи друг на друга. Неудивительно, что их в конце концов покинули и остался один Диаспар. Зачем иметь больше одного?
Элвин почти не слышал его. Его внимание было поглощено изучением машины, точнее — поисками входа. Как заставить ее слушаться? Контролируется ли она при помощи какого-то общего или словесного кода? Или до конца его жизни она так и останется сводящей с ума загадкой?
Бесшумно раскрывшаяся дверь застала Элвина врасплох. Не было ни предупредительного звука, ни знака. Просто часть стенки исчезла, и перед ним открылось прекрасно спроектированное внутреннее помещение.
Наступил момент выбора. До этого мгновения он мог бы повернуть назад. Но вступив в гостеприимно открытую дверь, он уже не сможет предсказать, куда это его приведет. Он перестанет быть хозяином своей судьбы, а вынужден будет довериться неизвестным силам.
Элвин почти не колебался. Он боялся опоздать, опасаясь, что если замешкается, такого случая больше не представится. А если и представится, то в следующий раз ему может изменить мужество, и он не сможет утолить свое стремление к знанию. Хедрон даже не успел раскрыть рта, чтобы запротестовать, а Элвин уже шагнул вперед и вошел в проход. Он обернулся и посмотрел на Хедрона, стоявшего в едва заметном освещенном прямоугольнике двери. На мгновение повисла напряженная тишина: каждый ждал, что скажет другой.
Однако выбор был сделан за них: со слабой, еле заметной вспышкой стенка машины закрылась. Когда Элвин поднял руку в прощальном жесте, цилиндрическая машина медленно заскользила вперед. Прежде чем она достигла тоннеля, скорость уже превышала быстрый бег человека.
Были времена, когда каждый день миллионы людей совершали подобные поездки в машинах, почти ничем не отличающихся от этой. С тех пор Человек успел исследовать всю Вселенную и вернуться назад, на Землю. Он создал Империю — и выпустил ее из рук. И вот сейчас, в машине, в которой вереницы давно забытых нелюбопытных людей чувствовали бы себя совершенно спокойно и привычно, совершалось необычное путешествие. Оно должно было стать самым важным из тех, которые предпринимал кто-либо из живущих на Земле за последний миллиард лет.
Алистра в десятый раз обыскала Гробницу, хотя сразу было видно: здесь спрятаться негде. Когда прошло первое изумление, у нее возникла мысль, что она следовала совсем не за Элвином и Хедроном, а только за их проекциями. Однако в этом не было никакого смысла. Проекции материализовали в любом месте, которое человек хотел посетить, чтобы не ходить туда самому. Ни один нормальный человек на заставлял бы проекцию идти пешком несколько миль, потратив на это полчаса, если там можно оказаться в одно мгновение. Нет, то были подлинные Элвин и Хедрон. Именно за ними она пришла в Гробницу.
Значит, где-то здесь должен быть тайный вход. Она попытается его найти, пока будет ожидать их возвращения.
К счастью, она пропустила появление Хедрона, потому что в это время как раз изучала колонну позади статуи. Услышав его шаги, она обернулась и увидела, что Хедрон один.
— Где Элвин? — воскликнула Алистра.
Прошло довольно много времени, прежде чем Шут ответил. Он выглядел растерянным и нерешительным, и ей пришлось повторять вопрос, чтобы обратить на себя его внимание. Казалось, он совсем не удивился, увидев ее здесь.
— Не знаю, — произнес он наконец. — Могу только сказать, что сейчас он находится на пути в Лис. Теперь ты знаешь столько же, сколько и я.
Верить словам Хедрона было неразумно, однако Алистра видела: сегодня Хедрон не играет обычную для него роль. Он говорит правду.
Когда дверь за ним закрылась, Элвин упал в ближайшее кресло. Казалось, его внезапно перестали держать ноги. Наконец-то он понял, что такое страх, преследовавший всех его сограждан (раньше ничего подобного он не испытывал). Элвин чувствовал, что тело его дрожит, взгляд затуманился и все поплыло перед глазами. Если бы только он мог выбраться из этой машины, он с радостью бы это сделал, даже если бы пришлось отказаться от своих прекрасных устремлений.
