Пестрые и яркие афиши — то ли заезжий гуру с сеансами массового обмана, то ли съезд огородников, любителей выводить мексиканский огурец… Витрины заставлены шмутьем, завалены товаром, мехами, жратвой, телевизорами, радиолами, магнитофонами и даже этими… видео… магнитофонами, кино на дому, у него тоже стоит, в кинотеатр ходить не надо… И когда только успели, тридцать семь лет Юрия не было в социалистическом бедламе и сразу почему-то жизнь захорошела, жить стало весело, жить стало веселей… Только зачем они играют в старую Россию, непонятно… Как будто в плохом провинциальном театре ставят пьесу по Островскому…
— Слушай, как вы всего добились? Ведь при коммунистах наша страна была в…Ну не первая была?..
— Главное, -
секретарь с готовностью оглянулся с переднего сиденья, желая услужить и светясь как майская роза от своего желания.
— Главное, Юрий, нужна общероссийская национальная идея, самая главная и мы ее нашли! Национальную идею, она так увлекла людей, что ты видишь кругом результат!
С этими словами секретарь обвел рукой все обозримое пространство вокруг — дома разноцветно окрашенные и густо усыпанные вывесками и рекламой, толпы празднично-нарядно-богато-безвкусно одетых людей на тротуарах, засилье автомобилей различнейших моделей и марок, витрины заваленные доверху товаром, и сверху всего светящиеся и спящие звездами двуглавые орлы без короны на башнях Кремля…
— Идея проста, но величественна, состоит из трех составных частей — российский народ, российский дух, Россия! Три части национальной идеи!!! Секретарь так воодушевился собственными словами и так размахался руками, что чуть не сбил темные очки, светофильтры, с носа шофера, но того спасла реакция.
— Все что ты видишь вокруг, Юрий, только российского производства! Нет-нет, мы с вами и вся наша страна не исповедует квасной патриотизм, но посудите сами, Юрий — зачем покупать японскую радиоаппаратуру, американские телевизоры, европейские продукты и одежду? Зачем? Наше российское дешевле и прочней, качественней и долговечней, красивей и удобней!!! Где, в какой еще стране вы встретите, ну например, такой вот телевизор, украшенный деревянной резьбой по корпусу по старинным российским мотивам да еще с гарантией на двадцать лет? Да ни где! Да что там телевизор, -
секретарь попытался вскочить, но шофер резко усадил его рывком за руку на место и тому пришлось продолжить сидя, хотя восторг требовал встать.
— Да что там телевизор, простая бензиновая зажигалка, вот посмотрите, украшена миниатюрами из финифти по эскизам гениальнейшего российского художника Левитанова Ивана, имеет гарантию десять, вдумайтесь, Юрий! десять лет гарантии! И совершенно доступна по цене любому россиянину!
Подавленный величием сообщенного, секретарь откинулся на спинку сиденья и замолчал. Центр Москвы давно кончился, мелькнуло и осталось далеко позади Садовое кольцо с многочисленными развязками на трех уровнях, высотные дома-небоскребы сменились огромными массивами спальных районов, и вырвавшись на простор Подмосковья, автомобиль помчался с удвоенной скорость по отличному шоссе, поднятому на три метра над землей. Вдоль шоссе были разбросаны в хаотическо-продуманном беспорядке великолепнейшие коттеджи, богатейшие особняки, подавляющие своей роскошью дворцы, огромнейшие поместья-сады сменялись площадками для игры в лапту, лаптаполе, сады были расчерчены дорожками и скульптуры светлого мрамора мелькали среди кустов…
А где же деревни? -
удивился вслух Юрий отсутствию сельско-колхозного населения.
— Какие деревни? -
в свою очередь удивился секретарь.
— Ну, тут же ведь когда-то жили люди, были деревни, разводили скот, гнали самогон, выращивали хлеб, огурцы…
Секретарь пожал плечами:
— Ни каких деревень здесь нет. А если и были, то их снесли. И уже давно. Я в свои двадцать семь лет не помню здесь ни каких деревень…
Юрий чуть не впал в прострацию:
— Как снесли, а люди, людей же куда дели, а где же у вас теперь сельское хозяйство?..
— В России нет безработицы, нет фашизма, у нас нет коммунизма, у нас нет нечестных людей, нет несчастных, очень низкая, да-да, очень низкая таблица показателей по самоубийцам, практически нет несчастных людей, -
зачастил секретарь, видимо тщательно подготовленный на эту тему, но Юрий резко прервал его.
— А куда дели людей?!
— Людей?.. Дома и деревни скорей всего снесли, ну а люди, люди получили ссуды, из банка и построили кто что захотел — да вы же сами видели, коттеджи, особняки, поместья…
— Дворцы-особняки на ссуды, -
Юрий был не силен в банковском деле, а потому подумал — черт их знает, в демократическом этом капитализме…
— Ну а сельское хозяйство?
— Где-то там, -
неопределенно махнул рукой в пространство секретарь. Юрий же вспомнил:
— А как это нет несчастных людей, а как же несчастная любовь?..
— Несчастной любви нет в демократической России! Так как все браки заключаются через свахо-консультационные фирмы.
— Свахокон… Охренеть можно…
