Несмотря на предательство литовцев, фон Плетенгберг продолжил боевые действия. По старой доброй ливонской традиции, он первый удар решил нанести по Изборску, но 2 сентября был отбит от города. 6 сентября ливонцы были уже под Псковом, пошли на штурм города и «много к стене лезли» (49, 276). Потерпев неудачу, ландмейстер в течение двух дней приводил своё потрепанное воинство в порядок, когда ему стало известно о приближении русских полков. Великокняжескую рать вели Даниил Щеня-Патрикеев и новгородский наместник В.В. Шуйский, Псковская I летопись называет их главными воеводами. Фон Плетенгберг решил не вступать в бой с превосходящими силами противника, отступил от Пскова и устремился в Ливонию. Далеко не ушел, в районе озера Смолина русские полки настигли вражескую армию. Бальтазар Руссов пишет, что великокняжеская рать насчитывала 90 000 человек (106, 300), что вызывает вполне обоснованные сомнения. Понимая, что битвы не избежать и что в лобовом столкновении русские раздавят его немногочисленную армию, фон Плетенберг пошел на хитрость. Ландмейстер приказал оставить обоз противнику и использовать его в качестве приманки: «Немцы кош свой поставиша опричь и молвиша: «толке де Русь ударится на кош, и мы де выидем изо Псковской земли; а толке же де и на нас, ино туто нам головы покласти своя» (49, 276). Бросив возы и телеги, фон Плетенберг отвел подальше остальное войско, выстроил отряды в боевой порядок и стал ждать. Если русские станут грабить обоз, он быстро уведет армию и оторвется от преследователей, если же маневр не удастся, ливонцы вступят в неравный бой с врагом и погибнут как герои.
