В Советском Союзе информация о пленении сына вождя долгие годы считалась просто вражеской пропагандой. Впервые статья о судьбе Якова с фотографией его тела на колючей проволоке появилась в журнале «Лайф» в 1959 году. В 1967 году об этом как о реальном факте было упомянуто в изданной в США книге мемуаров Светланы Аллилуевой «Двадцать писем другу», которая много лет ходила по стране в самиздатовских копиях. В 1970 году о судьбе Якова Джугашвили узнал за рубежом журналист Иона Андронов, а в 1978 году журнал «Литературная Грузия» впервые в нашей стране напечатал его статью о гибели сына Сталина в концлагере Заксенхаузен на основе материалов немецких архивов. Первой книгой, рассказавшей историю пленения и гибели Якова, стала «Война» И. Стаднюка, полностью изданная в 1980-х годах и отмеченная Госпремией СССР за 1983 год. Ранее о факте пленения Якова упоминалось в киноэпопее Ю. Озерова «Освобождение» (1968–1971), где впервые прозвучала и якобы сказанная вождем фраза: «Я солдат на маршалов не меняю».
Каким же источникам верить? Как трудно в истории отделить плевелы от зерен, факты от домыслов и фальсификаций, правду от легенды! И по сей день многие историки считают, что пленение сына Сталина – не что иное, как провокация германской разведки. Во всяком случае, не принимать во внимание доводы дочери Якова Джугашвили, всю жизнь мучительно раздумывавшей над судьбой отца и опровергавшей версию его плена, сегодня уже невозможно.
Его хитрость и талант к импровизации принесли ему прозвище Лис пустыни. Роммель обладал качеством, которое можно охарактеризовать как военная «сексапильность». Оно проявлялось и в лихо заломленной фуражке, и в какой-то мужицкой хитрости; и для солдат, смотревших на него, возвышающегося над башней танка в передней линии боевого порядка, он был настоящим богом войны.
– Держись поближе ко мне, – как-то сказал одному из своих офицеров Роммель, – со мной никогда ничего не случится…
Но с ним это все же случилось – под конец войны. Каковы же те немногие и малоизвестные факты, которые имеют отношение к его смерти? По официальной версии нацистов, он умер от ран, полученных в тот момент, когда его машина была обстреляна в ходе вторжения союзников у Ливаро, к югу от Гавра. Однако правда гораздо более драматична…
Впервые осознание того, с каким презрением относился Гитлер к человеческой жизни, пришло к Роммелю в период Африканской кампании. Генерал понимал, что из-за острой нехватки бензина и боеприпасов и постоянного усиления британцев они проигрывают войну в Африке, и он обратился к Гитлеру с предложением эвакуации войск как единственного средства сохранения тысяч немецких жизней. «Победа или смерть!» – истерично отрезал фюрер.
Роммель никогда не состоял в нацистской партии и не носил золоченого партийного значка, поглощенный своей карьерой, ничего не знал о массовых убийствах, рабском труде, концентрационных лагерях и зверствах гестапо на оккупированных территориях. Теперь, узнав, что творили нацисты от имени немецкого народа, Роммель пришел в ужас.
– Я вел честную войну, – говорил тогда он, – но они запачкали мой мундир.
Позднее, когда Гитлер издал свой пресловутый приказ о расстреле заложников в соотношении 12 к 1, Роммель оказался в числе тех немногих высших германских командиров, которые бросили его в мусорную корзину. Наибольшие мучения ему доставляло пришедшее наконец понимание, что Гитлер скорее обратит всю Германию в руины, чем сдастся.
