– Успокойся, мой дорогой Джон, – ответил голос. – Так случилось, что я назначен вести тебя сквозь туманную бесконечность к твоей конечной извечной цели. Видишь ли, Джон, ты больше не управляешь своей судьбой. Физическое «ты» перестало существовать.
Только что умерший мужчина почувствовал, как кто-то потянул его за руку с непреодолимой силой. Ну, пусть тянет: из опыта можно извлечь максимум, ведь рано или поздно он вернется к земной жизни при помощи выработанного им научного метода. Бросив последний долгий взгляд назад, на старое и знакомое окружение, Джон выплыл сквозь оконное стекло в ночь, чувствуя, как невидимая рука направляет его в воздухе.
Поднявшись над землей, они устремились высоко в лазурь ясного неба, где мириады мерцающих звезд освещали путь.
По мере того как они поднимались все выше, с глаз Джона Касла словно спала пелена. Воздух кишел астральными телами, подобными его собственному. Он увидел тут мужчин и женщин из самых разных слоев общества – клерков, банкиров, рабочих, художников, – и все они общались самым космополитичным образом. Но что больше всего поразило Джона Касла, что заставило его осознать, что эти существа отличаются от обитателей сферы, им только что покинутой, – так это то, что все без исключения космополиты были прозрачны, как стекло в витрине его лаборатории. Он мог видеть их, знать, что они там, и в то же время смотреть прямо сквозь них!
Касл стал размышлять, какие ощущения у него возникнут, когда, после того как врачи констатируют его смерть, он снова будет жить и дышать. Он задавался вопросом, поверят ли они ему, когда он расскажет о своих находках в потустороннем мире, или поднимут на смех. Тут его бесплотный спутник, казалось, прочитал его мысли.
– Джон Касл, ты полностью исключил возможность неудачи? Никогда не задумывался, почему другим ученым так и не удалось получить власть над жизнью и смертью – манящий трофей, столь опрометчиво тобой присужденный себе самому?
И снова призрачный гид угадал его настроение.
– Ты забыл, что сам лишил себя жизни? Однако, Джон, в мире, куда мы направляемся, нет места недовольству. Что именно ты считаешь справедливым?
– Я бы вернулся на землю, как и планировал, и прожил бы свою жизнь по собственному усмотрению. Никто там не узнал бы об этом: никто еще не знает, что я умер. Дай мне еще хотя бы четверть века жизни, и уж потом я спокойно оставлю этот мир позади.
Спутник Джона Касла вздохнул.
– Боюсь, Джон, что даже тогда ты не был бы удовлетворен. Вот уже много столетий я провожаю души с земли в вечность и еще не нашел ни одного, кто не протестовал бы против разрыва своей связи с миром. Иногда мы считаем необходимым отправить душу на землю еще на несколько лет, чтобы она научилась смиряться с неизбежным. Возможно, так будет и с тобой. Но, прежде всего, ты должен составить мне компанию.
Против своей воли Джон резко забрал влево, и вскоре они оставили спешащую толпу астральных странников далеко позади. Оба молчали, наблюдая за своим метеорным курсом, поднимаясь все выше и выше, пока далеко внизу под ними не засияла самая яркая звезда в необъятной Вселенной.
Джон Касл внезапно осознал, что его окружает мрак, безграничный океан чернильной тьмы, поглотивший его, – тьмы настолько густой, что от ее беспросветности у него заболели глаза.
В сердце этой чернильной тьмы вдруг зажглась крошечная яркая точка. Она медленно росла, пока не превратилась в яркий вращающийся золотисто-желтый шар. Шар становился все больше и больше, покуда его яркость почти не ослепила Касла. Кружение ослабло, и он различил фигуры, движущиеся в туманной массе. Невидимая магнетическая сила увлекла Джона в их водоворот, насильно присовокупляя к их компании. Поддавшись этому неконтролируемому порыву, он услышал голос незнакомца у себя над ухом:
– Гляди, Джон Касл, какая судьба ждет тебя, если ты вернешься туда, откуда пришел!..
…Вытаращив глаза, Джон Касл позволил последнему посланию выскользнуть из ослабевших пальцев на пол – и рухнул в кресло за рабочим столом.
