– После того как Малкольм ушел, профессор позвонил мне с просьбой зайти в его кабинет. Поскольку он часто поручал мне те или иные задания, я восприняла это как должное и, чтобы сэкономить время, захватила с собой шляпу и плащ. Профессор закрыл дверь маленькой комнаты и совершенно неожиданно напал на меня сзади. Конечно, будучи сильнее, он одолел меня и связал мне руки и ноги. Затыкать мне рот кляпом не было нужды: как вы знаете, стены лаборатории абсолютно звуконепроницаемы.
Затем профессор притащил труп огромного пса, ньюфаундленда, который до того где-то прятал, и прямо на моих глазах превратил его в пепел. Этот пепел он поместил в стеклянный сосуд, стоявший на табурете. Потом он сходил в кладовую и вынул из сундука, в котором вы нашли меня, большой стеклянный гроб. По крайней мере, мне, охваченной ужасом и паникой, этот ящик показался гробом. Ван Аллистер почти полностью залил его той кошмарной жидкостью. Затем он сказал мне, что осталось сделать лишь одно: провести эксперимент над человеком! – При воспоминании об этом Марджори вздрогнула. – Он долго разглагольствовал о том, какая это честь для любого человека – пожертвовать своей жизнью подобным образом, во имя такой цели. Потом профессор спокойно сообщил мне, что выбрал тебя, Малкольм, в качестве субъекта для его опыта, а я должна сыграть роль свидетеля! Я потеряла сознание. Ван Аллистер, надо полагать, опасался постороннего вмешательства, поскольку следующее, что я помню, – пробуждение внутри сундука, где вы потом обнаружили меня. Там было так душно! Каждый вздох давался мне все тяжелее и тяжелее. Я думала о тебе, Малкольм, о чудесных, счастливых часах, которые мы провели вдвоем в последние несколько дней. Меня ужасала мысль о том, что я буду делать, когда ты умрешь! Я даже молилась, чтобы профессор убил и меня тоже! В горле у меня пересохло, перед глазами все почернело. Когда же я наконец открыла их, то обнаружила, что нахожусь здесь, с тобой, Малкольм! – Тут ее голос понизился до хриплого, тревожного шепота:
– А где… где профессор?
Брюс молча отвел Марджори в кабинет. Она содрогнулась, когда стеклянный гроб предстал ее взору. По-прежнему храня молчание, мой друг подошел к ящику и, достав оттуда пригоршню мягкого белого пепла, медленно просыпал его сквозь пальцы!
