После чтения подробностей гибели Стэндиша я долго не мог прийти в себя. Много раз я пробегал глазами строчки письма, где описывались рваные раны на горле, следы хищного зверя и отсутствие признаков борьбы хищника и жертвы. Обстоятельства гибели Стэндиша в точности совпадали с обстоятельствами смерти мистера Дункана Макдональда! Две странные смерти таинственным образом были, очевидно, связаны: внезапность, скрытность, свирепость и бессмысленность нападения выглядели одинаково в обоих случаях.
Борясь с подступившим страхом, я принялся размышлять и сопоставлять факты, стараясь рассматривать их с разных точек зрения. Что могло быть общего у богатого фабриканта и подающего надежды британского инженера в Алампуре? Какая могла быть связь между убийством в Крэддок-парке и гибелью инженера в далекой Индии?
Раздумья не принесли мне успокоения, а в простое совпадение поверить было трудно. Четверо людей встретились холодным ноябрьским вечером в маленькой комнате на Уолсли-роуд. Двое из них уже умерли страшной, таинственной смертью: один – неподалеку от места встречи, другой – за тысячи миль от дома. Что уготовано двум другим? И если их ждет та же трагическая участь, то кто станет следующим?..
Весь день я размышлял подобным образом, находясь в гостях у моего старого друга в поместье Дартон неподалеку от Йоркшира. Хозяин – человек веселого нрава, добродушный и отзывчивый – искренне переживал за меня, видя, в каком подавленном состоянии я ныне пребываю. Во время обеда – а обедали мы в тот день поздно – он предложил мне отведать старинного прекрасного вина, хранившегося у него в погребе. Обширная коллекция старых вин была предметом его гордости, и он никому не доверял ключи от винохранилища – даже дворецкому. Желая отвлечь меня от гнетущих мыслей, мой друг предложил мне спуститься туда и принести бутыль вина. Он торжественно вручил мне связку ключей, объяснил, как и куда следует идти, какую емкость выбрать. Выслушав все инструкции и забрав ключи, я отправился в хранилище.
Старинный подвал поместья Дартон был выдолблен в скале, где разместилось имение, в котором жили предки моего друга. Размеры этого подземелья были столь впечатляющими, что хозяин в случае необходимости смог бы приютить там не одну сотню человек.
Я взял свечу, зажег ее и стал спускаться по винтовой лестнице. Высота рукотворной пещеры была так велика, что казалось, будто каменные ступени никогда не кончатся. Я ощущал себя археологом, нисходящим в древнюю гробницу; вокруг меня царила гнетущая тишина, изредка нарушаемая позвякиванием болтавшихся на связке ключей. С каждой пройденной ступенькой я ощущал, как могильный холод пронизывает все тело, насылая оцепенение и жуть. Наконец каменные ступени закончились, и я оказался перед дверью винохранилища.
С трудом повернув ключ в замке, я открыл металлическую дверь и вошел внутрь. В огромном помещении в несколько рядов лежали деревянные бочонки и бутылки с вином, многие – укутанные тщательно культивируемой паутиной[27]. Любуясь этой картиной, я подошел к пыльному окну и понаблюдал, как сквозь толстые «бутылочные» стекла и металлические решетки пробивается тусклый свет заходящего солнца. Постояв у окна, я подошел к рядам бутылок, чтобы выбрать из них одну, порекомендованную моим другом.
Внезапно я услышал тихий шорох, доносящийся, как мне показалось, сверху, из дома. Звук усиливался и теперь раздавался с лестницы: кто-то мягкими прыжками спускался по каменным ступеням. На мгновение я замер, прикидывая шансы… а затем, не раздумывая ни секунды, рванулся к двери с бешено колотящимся сердцем. Я не раздумывал особо над тем, кто это может быть, как он проник сюда, как меня вообще можно было найти здесь. Один лишь слепой инстинкт самосохранения вел меня. Нащупав в связке нужный ключ, я повернул его два раза в замке и задвинул тяжелый засов. Все это я проделал за секунду, машинально, повинуясь безотчетному страху.
И тут, окончательно подтверждая реальность кошмара, изнутри раздался страшный удар, затем другой, третий… Кто-то бросался на дверь: она содрогалась от мощных ударов, но держалась крепко. Послышались лязгающие звуки: дикое чудовище, бесновавшееся за дверью, пыталось рвать клыками металл. Я стоял в оцепенении, не в силах сдвинуться с места: тяжелое дыхание смерти овевало мое лицо, я чувствовал, насколько она близко.
Наконец я опомнился, огляделся по сторонам и увидел на полу большой металлический брусок. Очевидно, он когда-то служил вертикальной подпоркой для стеллажей с вином, но теперь я надеялся с его помощью отразить нападение неизвестного врага, способного сюда ворваться в любую минуту. Холод металла подействовал на меня успокаивающе, и, решив, что не все потеряно, я притаился за дверью.
Скрежет и лязганье прекратились. Послышалось негромкое злобное рычание. Кто-то шумно втянул носом воздух и замолк. Я стоял, держа в руках металлический брус, дрожал и прислушивался. Нечто снаружи, передвигаясь прыжками, явно поднималось по лестнице.
