«30 декабря 1869 г. Подпоручики Александр и Николай, подпоручик Сергей, майор Михаил, девица Анастасия Васильевна Дубасова; жена штаб-капитана Мария Васильевна Рудакова; жена коллежского асессора Анна Васильевна Дурново получили в Лихвинском уезде в селе Нелюбовском деревни Красниковой, Зелениной и Зудкиной по наследству от родителя их подполковника Василия Ильича Дубасова».
Отец бабушки Веры, Николай Васильевич Дубасов, жил в Москве. Он рано осиротел и был отдан родственниками в кадетский корпус. Потом работал инженером и строил Московско-Киевскую железную дорогу, будучи её акционером.
Господи, как узнать побольше о давешних людях? Как ощутить время, почувствовать землю – ту, которой они жили и которая так изменилась за эти годы? Как отслоиться от своего бытия, приподняться туда, где гудёт из прошлого в грядущее верховой ветер – ведь пройдут годы, и для правнука моя жизнь будет такой же далёкой и архивно-книжной.
<p>Часть третья</p><p>Отрывки</p>Отрывок 1. Дата написания неизвестна.
Наташа ходила по платформе. Только что был сигнал: поезд вышел с последней станции. Осталось двадцать минут. Сколько раз нужно пройти от края до края, вперёд и назад? Нужно дальше уходить, чтобы после долго идти ему навстречу – вдруг он неожиданно появится из-за леса, а она обернётся и увидит, что он уже тут близко (вот уже первые вагоны), и ей придётся бежать за ним, чтобы увидеть маму у окошка. Третий вагон, третий вагон… Скорей-скорей от поезда и медленно, совсем медленно ему навстречу.
Отрывок 2. Без даты.
Ду-ду, поезд гудит, мама едет!
Горит лампа. Чёрная тень от сидящего в высоком детском креслице мишки занимает всю стену над кроваткой и, переламывая длинный лохматый нос, переходит на лежанку с синими цветочками. На зеленоватых обоях едут автомобильчики с кошками и курами в шляпах времён Директории. Ленты развеваются на ветру. За ними медведи-велосипедисты в коротких штанишках, а ещё сзади – малюсенькие тележки с мышатами.
Узор повторяется много-много раз. Сосчитать невозможно, даже если отмечать каждую группу крестиками, но, несмотря на такое бешеное движение, в детской тихо. Так тихо, что слышно, как шипит керосин в лампе и как, выползая из-за леса, подходят к станции на другом конце города транзитные поезда. Можно по стуку различить товарные от скорых и почтовых.
«Ду-ду, поезд гудит, мама едет», – повторяет изредка Дуняша машинально, сопровождая каждый поезд, и товарный, и скорый, этим восклицанием. Ей скучно, она зевает. Скоро идти доить корову, поить в душной кухне ушастого телёнка, влить молочка котятам, и, наконец, поставив в столовой глиняный кувшин с парным молоком и горшок с кашей, звать Наташу ужинать.
