– Мне даже приятно все это вспомнить, – Костя потянулся за костылем и не спеша поднялся. – Может, у меня прирожденный талант к преподаванию. Надо же кому-то заменить Арину Валерьну. Рано или поздно.
Катя поспешила открыть для охотника дверь.
– Ты тоже у нее учился?
– Да кто только у нее не учился. Вся Москва ее. Можно сказать, что она самый влиятельный человек в «Оке». После великого и ужасного товарища Волкова, конечно.
Глава «Ока». Забавно, Катя даже никогда его не видела, только слышала.
– Ты давно охотник?
– Лет десять, кажется, если не считать учебы…
– Всего? – Катя нахмурилась и тут же встретилась с недовольным прищуром Киреева.
– В смысле, Свиридова?
– А… ну, – Катя замялась. – Я думала, что нас всех набирают либо сразу после универа, либо на последнем курсе и…
– Что я работал лет двадцать, и мне было три дня до пенсии? – уточнил он.
– Двадцать пять, – созналась Катя и поспешила добавить: – Но ты хорошо сохранился.
– А вот это обидно, – протянул он. – Твой обед должен быть практически как у Гордона Рамзи, чтобы я тебя простил.
– Как Гордон Рамзи я могу лишь материться на кухне.
– Ну для начала неплохо. И еще, для справки. Поступил я на учебу в восемнадцать, в нулевом, закончил в четвертом, значок – в пятом.
Катя приехала к Косте и на следующий день, и на следующих выходных. Как-то незаметно они начали общаться практически постоянно. То переписываясь, то перезваниваясь, то зависая на кухне почти до рассвета после очередной практики. Поначалу разговоры были больше об учебе и мире охотников, но вскоре почти не осталось тем, которые бы они не обсуждали. Кино, книги, сериалы и, самое главное, воспоминания. С Костей было так просто, будто их и не разделяла разница в возрасте – охотник был на девять лет старше. Единственная тема, которую старательно обходил Киреев, так это что с ним случилось. Катя, боясь задеть охотника, и не спрашивала.
Вскоре каждый день начинался с сообщения: «Доброго утра! Как ты?», а засыпала Катенька, только прочитав его пожелания спокойной ночи. Девушка бережно клала телефон у подушки и не сразу закрывала глаза: вдруг Костя напишет что-нибудь еще?
Киреев любил поболтать, а Катя взахлеб слушала его истории, восхищаясь бесконечными приключениями. Он часто говорил о некоем «друге», с которым прошел огонь и воду. Кате казалось, что охотник безумно скучал по тем временам, особенно когда пришлось перейти на более спокойную должность в головной отдел. Как говорил он сам, «перекладывать бумажки».
Катенька не спешила рассказать подругам об охотнике. Сама не зная почему.
Это был ее секрет, только ее. Может, позже она и поделится, но пока…
Впрочем, и Цветкова, и Вика заметили, что Свиридова ведет себя иначе: она не расставалась с телефоном, постоянно мечтала, выпадала из общих разговоров и вместо лекций рисовала что-то на полях. Подруги, конечно, пытались устроить допрос, как и положено – принесли вкусностей, заперлись в комнате и долго расспрашивали, но Катя лишь пожимала плечами, делая невинный вид: «Ничего не понимаю, о чем вы, девочки?»
К радости охотника, Катя оказалась способной ученицей: на следующей практике девушка без труда справилась с барьером, а пару недель спустя с блеском сдала зачет. Никому, кроме нее и Цветковой, это не удалось, в том числе и Вике. Катя и Лиля пытались утешить подружку, но тщетно.
Тогда-то Катенька впервые написала Косте не из желания поболтать, а в поисках поддержки. Вдруг охотник что-нибудь знал? Вдруг мог подсказать?
К ее разочарованию, Киреев ответил, что такое случается и ничего поделать нельзя. Костя искренне пытался поддержать ученицу, но после таких слов понял, что сделал лишь хуже. Тогда-то и пришло сообщение: «Приезжай ко мне».
Катя не раздумывала ни секунды.
После часа разговоров на кухне о знаках, учебе и охотниках Костя сознался, что ему еще нужно немного поработать, но, к счастью для Катеньки, попросил составить компанию.
Они вернулись в комнату. Костя сел в кресло за рабочий стол, а Катя, завернувшись в плед, прилегла на диване.
Что-то было невероятно уютное в этом: лежать, следить за тем, как Костя заполняет бумаги, то и дело сверяясь с документами. Порой они перекидывались парочкой фраз, и охотник опять возвращался к работе. Костя не включал верхний свет – ему хватало настольной лампы. Комната погрузилась в уютный полумрак. Где-то за окном бушевала осенняя непогода.
Катя смотрела на Костю, сидевшего в ореоле теплого желтого света.
Вот бы она могла всегда так приезжать к нему, быть рядом…
Губы девушки тронула едва заметная улыбка. Казалось, сейчас у нее хватило бы сил успокоить целую армию мори. Девушка подняла руку – на кончиках пальцев зажглись искры.
Они не вытягивали силы, а подпитывались спокойствием.
Костя, заметив это, отвлекся и внимательно следил за девушкой. Он осторожно потянулся к карандашу и старому блокноту, что лежал на краю стола. Задумчиво, он стал набрасывать рисунок. Легко, быстро, как делал это много лет назад.
