— Именно, Пантелеймон Матвеевич, — спокойно ответил Дессе. — Граус со своим флотом явился по нашу душу, как мы и предполагали. Остается надеяться, что бригадный адмирал Лисовский с казной успеет уйти достаточно далеко, прежде чем разведчики противника обнаружат его караван.
Котов кивнул, но в его глазах мелькнуло сомнение:
— Господин адмирал, вам не кажется, что для охраны казны стоило выделить больше кораблей? Четыре вымпела — это слишком мало в военное время.
— Больше кораблей означало бы привлечение большего внимания, — ответил Дессе, не отрывая взгляда от тактической карты. — Лисовский получил лучшее, что было возможно в текущих обстоятельствах.
Ответ прозвучал уверенно, но Котов знал своего командующего слишком хорошо. За этой уверенностью скрывались сомнения. Дессе тоже понимал, что играет не только казной, но и жизнью бригадного адмирала, которому, несмотря на формальное доверие, похоже, до сих пор не мог простить «связи» с Зубовым.
Котов не стал развивать тему, вместо этого переключившись на насущные проблемы:
— Господин адмирал, некоторые специалисты докладывают о возникших трудностях с операцией «Морское дно».
Дессе поднял бровь, ожидая пояснений.
— Для эффективной маскировки необходима глубина не менее пяти тысяч метров, — продолжил Котов. — Такую глубину мы нашли, но вот рельеф дна… Наши аналитики считают, что он не подходит для надежного укрытия. Слишком ровно. Если Граус прикажет провести детальное сканирование поверхности дна океана планеты, его операторы с высокой вероятностью обнаружат наши корабли.
Дессе задумался, машинально постукивая пальцами по краю тактического стола. Наконец он произнес:
— Передайте главному инженеру — пусть использует все доступные методы маскировки. Активируйте полевые искажатели, пускай сеть дронов создаст ложные сигнатуры на других участках океана. Что-нибудь еще?
Котов колебался. То, что он хотел сказать, было почти немыслимо для офицера его ранга. Но долг перед флотом был выше субординации.
— Павел Петрович, возможно, стоит пересмотреть сам план операции, — осторожно начал он. — Если нас обнаружат на дне океана, мы окажемся в крайне уязвимом положении. Корабли противника смогут занять низкие орбиты и расстреливать нас, как в тире, не позволив даже подняться на поверхность. Может быть, лучше заранее увести флот в другой сектор системы?
В командном отсеке воцарилась напряженная тишина. Все офицеры затаили дыхание, ожидая реакции Дессе на такое предложение. Изменить разработанный план в последний момент было решением, которое могло спасти флот или окончательно погубить его.
Дессе повернулся к Котову, его взгляд стал жестким:
— Мы не меняем план, контр-адмирал. Риск есть, но он просчитанный. Если уведем космофлот и спрячем его в «тумане войны», Граус с помощью зондов легко обнаружит нас. А в открытом космосе, при наших текущих повреждениях кораблей, малой численности и неполных экипажах, мы обречены на поражение.
— Но, господин адмирал… — начал было Котов.
— Наш единственный шанс — внезапность удара, — перебил его Дессе. — И именно её дает нам океанское дно, несмотря на все риски. Враг не ожидает, что целый флот спрячется под водой.
В этот момент на мостик стремительно вошла Доминика Кантор. Котов заметил, как её присутствие мгновенно изменило атмосферу — будто вместе с ней в командный отсек вошла свежая волна решимости и уверенности.
— Господин командующий, — обратилась она к Дессе, отдав честь, — 2-я «ударная» дивизия докладывает о полной готовности к погружению. Корабли ожидают только финального приказа.
— Отлично, Доминика Александровна, — кивнул Дессе. — Как раз обсуждаем возможные корректировки плана в связи с… некоторыми трудностями.
Кантор быстро оценила обстановку, заметив напряжение между Дессе и Котовым.
— Какие именно трудности, позвольте узнать? — спросила она.
Дессе кратко изложил проблему с рельефом морского дна и опасения Котова относительно уязвимости флота в случае обнаружения.
Доминика выслушала, не перебивая, затем решительно произнесла, обращаясь к Пантелеймону Матвеевичу:
— Позволю себе заметить, господин контр-адмирал, что первый министр Граус уже не раз демонстрировал тактическую близорукость. Вспомните последние сражения и операции и действия первого министра в качестве главнокомандующего. Такого количества детский ошибок и легкомысленных поступков история войн за галактику еще не видела.
Котов благоразумно промолчал, а язык так и чесался сказать: Что ты-то подруга несколько дней тому назад в противостоянии с Джонсом не вела себя подобным же образом и не совершала эти самые ошибки?
Между тем Доминика перевела взгляд на Дессе:
— К тому же, насколько известно, Агриппина Ивановна Хромцова в данный момент отсутствует при флоте Грауса. Она сейчас скорее всего гоняется за нашим малолетним императором. А без своего главного военного советника Птолемей вряд ли догадается проверить океан на наличие в нем так сказать посторонний предметов. Тем более, что прятать космические корабли под водой — идея настолько абсурдная, что именно поэтому она гениальна.
