Дессе позволил себе слабую улыбку:
— Ваша оценка ситуации, как всегда, точна, вице-адмирал Кантор. — Он повернулся к Котову: — Мы продолжаем операцию по плану. Но я ценю вашу обеспокоенность, Пантелеймон Матвеевич. Поэтому приказываю увеличить количество дронов-имитаторов и усилить маскировочные поля.
Котов, понимая, что решение принято окончательно, кивнул:
— Слушаюсь, господин адмирал флота. Передам инженерам соответствующие распоряжения.
— Теперь, — Дессе активировал общекорабельную связь, — внимание всем командирам кораблей. Говорит адмирал флота Дессе. Операция «Морское дно» начинается немедленно. Всем соединениям приступить к погружению согласно разработанному плану. Сохранять полное радиомолчание до получения условного сигнала. На орбите остается только 5-я «линейная» дивизия бригадного адмирала Саладзе. Всем остальным — удачи и помните: наша сила в внезапности. Конец связи.
Когда сообщение завершилось, Дессе обратился к вице-адмиралу Кантор:
— Доминика Александровна, вы готовы к финальному инструктажу перед погружением?
— Да, господин адмирал флота, — четко ответила она.
— Отлично, — Дессе повернулся к Котову: — Пантелеймон Матвеевич, обеспечьте защищенный канал для закрытого разговора с командирами…
Целый космический флот, скрывающийся под водой, — такого не видела вся история Российской Империи за время экспансии. Огромные корабли, созданные для вакуума, медленно опускались в глубины океана Санкт-Петербурга-3. Инженеры и техники работали с невероятным напряжением, адаптируя системы кораблей для работы под водой, заделывая потенциально уязвимые места в корпусах, устанавливая специальные щиты, защищающие от гидростатического давления приборы на обшивке.
Первыми ушли под воду эсминцы и легкие крейсера — менее массивные, более маневренные, они быстрее адаптировались к новой среде. За ними последовали тяжелые линкоры. Последними к поверхности океана приближались флагманы дивизий — авианосец «Петр Великий» Дессе и линкор «Звезда Эгера» Доминики Кантор.
Погружение проходило группами — не только для минимизации рисков, но и для более эффективного распределения ресурсов инженерных команд. Чтобы не вызвать подозрений у возможных наблюдателей, корабли не просто спускались в океан, а проводили мнимые тренировочные маневры в атмосфере планеты, постепенно снижаясь к поверхности воды. А затем еще долго курсировали под водой, окончательно залегая на дно в тысячах километров от места начального погружения.
В своей каюте Дессе проводил по видео связи финальный инструктаж с командирами дивизий. Перед ними парила трехмерная голограмма планеты с расположением кораблей и предполагаемыми векторами атаки сил Грауса.
— Успех операции зависит от абсолютной синхронности наших действий, — говорил Павел Петрович, отмечая ключевые позиции на голограмме. — Когда дивизия Саладзе заманит основные силы противника в расчетную зону, мы получим единственный шанс на внезапную атаку. Упустим его — и Северный флот перестанет существовать.
Вице-адмирал Кантор, добавила:
— Помимо всего прочего моя 2-я «ударная» дивизия концентрирует огонь на флагманах дивизий Грауса. Нашей основной целью будут: линейный корабль «Агамемнон», а также линкоры «Александр Невский» и «Измаил». Если нам удастся вывести из строя флагманы, координация сил противника будет нарушена.
Контр-адмирал Котов, командующий 3-й «линейной» дивизией, уточнил свою задачу:
— Мои корабли обеспечивают фланговое прикрытие и не позволяют силам противника сформировать единый фронт. Канониры действуют согласно тактике — максимальная концентрация огня на отдельных вражеских кораблях, чтобы быстро выводить их из строя один за другим.
Дессе, удовлетворенный пониманием своих подчиненных, завершил инструктаж:
— После выхода на орбиту и нанесения первого удара у нас будет не более тридцати минут на активные боевые действия. Затем, по моему сигналу, все корабли отходят к заранее подготовленным судам-генераторам для прыжка в подпространство. Сектор сбора — квадрант 45−12, запасной — 45−34.
Он обвел взглядом присутствующих:
— Вопросы?
— Что с кораблями, получившими критические повреждения в время нашего отступления из сектора боя? — спросила Доминика. — Тянем за собой или…?
— Эвакуация команды по стандартному протоколу, — ответил на это Павел Петрович Дессе. — За собой никого не тянуть. Потеряем время и погубим остальной флот. Если получиться корабли и экипажи будут подобраны спасательными группами Саладзе. Если нет, то будем надеяться, что во флоте Грауса служат люди, а не мерзавцы…
— А если корабль поврежден, но все еще на ходу? — уточнила вице-адмирал Кантор.
— Решение принимает старший по званию на данном корабле, — еще раз повторил Дессе. — При возможности следовать к точке сбора — следуем. При угрозе полного разрушения — эвакуация. Но помните: мы не можем позволить себе потерять много кораблей. Каждый вымпел, каждое орудие имеет сейчас неоценимое значение для будущего Северного флота.
— Что будет с 5-ой «линейной», господин командующий? — вставил слово контр-адмирал Котов.
