Жила кивнул, готовясь отдать соответствующие приказы, но в этот момент офицер связи доложил о новом перехвате:
— Господин контр-адмирал! Перехвачен приказ с «Ростислава» крейсеру «Сивуч» и эсминцу «Пронырливый». Градский приказывает им глубже уйти в промышленный комплекс и используя гражданские объекты как прикрытие, зайти нам с «флангов».
Я быстро взглянул на тактический дисплей. Действительно, два корабля противника усилили маневрирование, уходя все дальше в глубину промышленного комплекса, скрываясь среди станций и жилых модулей. Но это не объясняло активность самого «Ростислава». Что задумал Градский?
Ответ пришел через несколько секунд, когда «Ростислав» внезапно изменил вектор движения. Используя все доступные маневровые двигатели, он начал ускоряться в направлении… «Афины».
— Он идет на таран! — воскликнул Жила, мгновенно осознав замысел вражеского командира. — Градский собирается протаранить нас!
Таисия отреагировала мгновенно:
— Рулевой, полный ход назад! Уходим с траектории столкновения!
Штурман немедленно выполнил приказ, и «Афина» содрогнулась от резкого включения двигателей, начиная маневр уклонения. Но линкор такой массы не мог резко изменить траекторию — его инерция была слишком велика. А «Ростислав», хотя и лишенный основных двигателей, набирал скорость, используя множество маленьких маневровых двигателей по всему периметру корпуса.
Расстояние между кораблями составляло около ста километров — ничтожная дистанция по космическим меркам. У нас было всего несколько секунд на реакцию.
Я наблюдал за маневрами «Ростислава» с растущим уважением к его командиру. Градский не сдавался, даже когда его корабль был практически разбит. Он использовал единственное, что у него осталось — массу своего линкора, как последнее оружие против нас.
Но что-то не складывалось в этой картине. Простой таран на такой незначительной скорости не мог нанести критические повреждения «Афине». Градский был слишком опытным офицером, чтобы не понимать этого.
И тут меня осенило:
— Магнитные тросы! Он будет использовать магнитные тросы!
Но было уже поздно. «Ростислав» приблизился на критическое расстояние, и с его корпуса выстрелили четыре мощных электромагнитных захвата — специальные устройства, предназначенные для аварийной стыковки или буксировки поврежденных кораблей. Магнитные тросы впились в обшивку «Афины», намертво сцепив два линкора.
— Зафиксировано внешнее сцепление! — доложил инженер систем безопасности. — Четыре магнитных захвата на разных секторах корпуса. Силовые показатели критические — отсоединение невозможно!
— Активировать противосцепляющие импульсы! — немедленно отреагировала Таисия, сохраняя удивительное хладнокровие в этой критической ситуации.
— Не сработает, госпожа капитан-командор, — покачал головой Жила. — Захваты старого военного образца, без электронной системы деактивации. Их можно отключить только физически, с внешней стороны корпуса.
Таисия выглядела по-настоящему встревоженной впервые с начала операции. И у нее были все основания для беспокойства. Наш корабль оказался фактически прикован к вражескому линкору, лишившись главного преимущества — возможности маневрировать и частично вести огонь. Мы превратились в статичную мишень для все еще скрывающихся в глубине промышленного комплекса «Сивуча» и «Пронырливого».
— Александр Иванович, — Таисия повернулась ко мне, в ее глазах читалась тревога, — какие будут указания?
Я уже открыл рот, чтобы ответить, когда Аристарх Петрович Жила, изучавший тактический дисплей, внезапно повернулся ко мне:
— Ребята, у нас кажется большие проблемы… — произнес он с тревогой в голосе.
Я быстро оценил ситуацию, изучая тактический дисплей. Жила оказался прав. После первого ошеломительного раунда атаки, когда мы практически разгромили линкор «Ростислав», ситуация стремительно менялась не в нашу пользу. Два корабля противника, тяжелый крейсер «Сивуч» и эсминец «Пронырливый», воспользовались тем, что наши канониры увлеклись «Ростиславом», и теперь активно маневрировали, уходя от огня «Афины», к которой в этот момент вплотную прижался вражеский линкор.
— «Сивуч» скрывается за транспортным конвоем! — доложил офицер систем наблюдения. — А «Пронырливый» маневрирует между жилыми модулями восточного сектора!
