– Как через три недели, я же потеряю покой. Хотя бы скажите мне, есть ли какая-то проблема?
– Ничего не могу сказать, придёте – доктор скажет. Я положила трубку в полнейшем недоумении, понятия не имея, что это всё означает, и чего мне надо ожидать. И потянулись три бесконечные недели, полные сомнений, подозрений, беспокойства, нервозности…
Наконец, наступил долгожданный день, и я ворвалась в приёмную Доктора Пепела. Я опять прождала там часа полтора, наблюдая, как люди принимают химиотерапию, какие у них измученные и измождённые лица, через какие страдания проходят они и их родственники, опять вспомнила всё, через что мы прошли, когда болел папа.
Тут раздался голос медсестры, вызывающей меня в комнату осмотра, куда должен был явиться доктор. Там медсестра померила моё давление, температуру, взвесила меня, дала халатик, в который мне надо было переодеться, и ушла. В этой комнате я прождала ещё час наедине со своими мыслями, после чего в комнату вошёл как всегда деловой Доктор Пепел. Он со мной поздоровался, открыл папку с моими бумагами, посмотрел и бодро и радостно заявил:
– O, good news! Всё хорошо, нет НИКАКИХ проблем. НИКАКИХ патологий, которые могли бы послужить причиной невыживания плода. Я передам эту информацию Доктору Греку. Я вас поздравляю. До свидания!
Я, конечно, облегчённо вздохнула, но с другой стороны, была глубоко обижена, не понимая, для чего надо было меня так мучить.
Спустя какое-то время Доктор Грек показал мне на экране аппарата ультразвука бьющееся сердце. На этот раз увиденное мне понравилось, хотя страх последних лет меня не покидал. Вечером этого же дня я говорила по телефону с Гагиком. «Если меня послушаешь, в следующий раз пойдёшь к врачу сразу, когда надо будет рожать, не раньше. Так будет гораздо лучше», – словно заглядывая в моё будущее, советовал мне ясновидящий гинеколог и педиатр в одном лице.
Особенно я волновалась перед вторым ультразвуком, который обычно оказывался роковым. Боялся и Доктор Грек, зная мою историю, а посему послал меня на какой-то очередной подробный анализ крови для изучения совместимости с плодом, а также рекомендовал сделать тогда ещё только-только становившийся стандартным ультразвуковой тест измерения толщины воротникового пространства (ТВП) плода в сочетании с анализом крови. Результатом этого теста является число, представляющее статистическую вероятность генетической патологии плода. Позже, уже вооружившись результатами вышеперечисленных тестов, Доктор Грек советовал мне пойти на консультацию к генетику, который должен был бы проинтерпретировать преподнесённые ему числа и вынести свои рекомендации. Так что дел вдруг оказалось слишком много.
Скоро поступил ответ анализа крови, и Доктор Грек сообщил, что у меня повышенный уровень протеина S, а это означает, что может быть повышенная степень свёртываемости крови. В результате увеличивается вероятность образования сгустков и потери плода в любой момент, вплоть до самых родов. Поэтому он прописал мне ежедневную дозу разжижающего кровь аспирина и лошадиную дозу фолиевой кислоты. Мне всё это не понравилось, я с большим подозрением и неудовольствием каждый день запихивала в себя эти таблетки, внутренне уверенная, что они мне не нужны.
Вскоре настало время делать ТВП. Ультразвуковая часть теста прошла прекрасно. Потом из моего пальца выдавили три капли крови в три отведённых кружочка и велели ждать магического числа дней через десять. Счастью моему не было предела, мне казалось, что всё в порядке, и я даже не волновалась, ожидая окончательного результата. А зря!!!
Через дней десять, как и обещали, раздался телефонный звонок. Я схватила трубку, и суровый женский голос сообщил:
– Шанс генетической патологии один из восемнадцати, анализ крови нехороший, несмотря на то, что результат ультразвука нормальный. Пришлось с основательно поубавившимися спокойствием и оптимизмом, хотя и не совсем понимая для чего, захватив с собой толстую папку с накопившейся за последние два года информацией и заглянувшего к нам из Еревана брата, отправиться к Генетику-Консультанту.
Здесь нам не пришлось долго ждать. Правда, сначала нам надо было пообщаться с Лаборанткой, которая, видимо, проходила у Генетика практику по маркетингу генетических тестов. Без запинки, гладко, прекрасно отработанным и поставленным голосом Практикантка-Лаборантка отчитала блестяще зазубренный текст, сопровождая его рисуночками и схемами с хромосомами, нормальными и дефективными, спаренными и неспаренными. А потом сделала плавный переходик к тестам, обнаруживающим всевозможные хромосомные патологии, и к тому, как жизненно важно их делать. Эта часть презентации сопровождалась большим количеством процентов всяких разных событий на земле. После завершения своего выступления она вежливо поинтересовалась, нет ли у нас вопросов. Вопрос, конечно же, был один: что всё это, собственно говоря, означает в моём конкретном случае.
