На блондинку жалко смотреть, она вспотела, потеряла внешний лоск и явно стеснялась. Сжалась вся, горбилась, пряталась от Клайда. Правда, все ее усилия были напрасными. Во-первых, ее изможденность за версту видать. А во-вторых, Бернинг, по-моему, лет с десяти в нее влюблен, ревниво провожал всех ее ухажеров, провожал поздно домой, стоически терпел составление натальной карты, но ей в чувствах не признавался.
Побыв в шкуре парня, я отчетливо осознала, что ребятам не легче. Что проблемы их похлеще наших. Им нельзя проявлять эмоции, беспочвенно злится, плакать — их засмеют. Им требуется всегда быть настороже, защищать, несмотря на то, что опасности вызывают в них такой же ужас, как и у девиц. В общем, я прониклась. И сейчас сочувствовала Клайду.
Господин Хаммерс определенно побывал в этих местах. Слова были верны, и ближе к ночи мы свалились у воды.
Пока девчонки шептались, я приблизилась к мужчинам. Выслушивала, что они намереваются делать с Полом.
— Оставим его здесь? — спрашивал кровожадный и воинственно настроенный Рэйден.
Бедному преподавателю пришлось тащить его на своем горбу, так что я разделяла ненависть.
— Нельзя. Он будет мешать, — не соглашался господин Хаммерс. — И бросить не могу, совсем юный.
— Да, я юный, — приподнялся парень в мешке.
Точным ударом с локтя был вырублен на ближайшие сутки. Как я поняла, в монологи старших по званию лучше не встречать.
— А нельзя перенести его? — нахмурился Виктор. — Клайд же портальщик.
— И куда? — осклабился второй парень. — Переходы закрыты, иначе мы бы тут не торчали.
— Закрыты, но в Атарию, — продолжил мой куратор. — А в Сумире ты можешь таскать его куда угодно.
— Ага, при условии, что я там побывал.
— Или при условии, что там побывала твоя вещь, — добавил блондин. — Если я правильно рассчитал, то до приграничного замка меньше десяти километров. Не торопясь, мы достигнем его, сможем там осмотреться, совершим вылазку.
У меня внутренности загорелись. В приграничном замке могут держать Шилу и Ричарда Перлов. Нет смысла вывозить их дальше. Все равно планировали обменять на детей.
— И кто пойдет? — сомневался Клайд. — Мне нельзя. Поверьте, — он словно извинялся. — Я бы хотел, но чтобы кого-то перенести, мне надо быть отдохнувшим. Портальная магия — самая затратная.
— Это мы в курсе, — поджал губы Рэйден. — И нам уходить нежелательно. Надо этих... — он поежился, — курочек охранять. Алекс, — воззрился на меня наставник, — не обижайся. Сестра и ее подруги неплохие, но бабы.
Учитывая, что Тесса, Надя и Инга в данный момент громко ссорились из-за зеркальца, я послушно кивнула.
— А пусть Алекс идет со мной, — попросил Уэллинг, посматривая на притихшего ректора.
— Он только поступил...
— Но он иллюзорник, иллюзии у него сильные, — настаивал Виктор. — Господин Хаммерс, Тайлер, подумай. С ним мне почти ничего не грозит. Мы будем словно невидимки. Прорвемся, разузнаем что к чему. Может, добредем до той тропинке на границе. Положим там вещь Клайда и унесемся прочь.
Я переводила взгляд с парня на мужчину и обратно. Сердце билось, словно заведенное, и я забыла, как дышать.
Хотела ли я на вылазку? Очень хотела.
Боялась ли я последствий этой вылазки?
Выкинула мрачные раздумья из головы.
— Тайлер, Виктор дело говорит, — заступился за нас Рэйден. — Барышни завтра уже так рьяно не пойдут. У них не мышцы, а накрашено... — пустился вновь в шовинистские упреки. — Если у ребят выгорит, мы этот девчачий десант мигом перенесем. Мальчишкам оставим, а сами здесь на славу повеселимся.
— Повеселимся? — господин Хаммерс бросил заинтересованный взгляд на фигуру Инги, полагая, что она, это я. — Алекс, а ты готов к этому?
— Всегда готов, господин, — браво отрапортовала и поскользнулась на песке, благо Уэллинг поддержал.
Мда, моя неловкость побеждает любые границы. Я и как девчонка не состоялась, и как кадет не позорюсь. Сказывалась усталость и вечный страх, что меня раскроют.
— Хорошо, — потер переносицу господин Хаммерс. — Близится ночь. Мы спрячемся здесь и будем вас дожидаться. Если к утру вы не вернетесь, то я поведу девушек на границу. Осознаете, во что ввязываетесь? И какая на вас ответственность.
— Конечно.
— Да.
— И если вы не вернетесь, ни в коем случае не сообщайте, что Алекс принадлежит роду Перлов. Кем угодно назовись и ни показывай свою сильную сторону.
— Я понимаю, — кивнула.
Чувствовалось, что ректор не стремится нас отпускать, что ее гнетет тревога и вина, забота об учениках. Но и ему бросаться в полымя нет никакого смысла. Он за главного. А главный обязан вывести гражданских.
— Тогда мы идем, — объявил блондин.
— Идите.
Я оглянулась на подружек, посчитала нужным объясниться с ними, попросить Бэкманн держаться выбранной линии поведения, не показывать лицо и прочее, но времени на болтовню никто не выделил.
— Тудыть тебя растудыть, Перл, что мнешься, как влюбленная невеста перед первой ночью, развернулся и шагай. Никто твою сестру не обидит.
— Алекс, я успокою всех, — пообещал Клайд.