Комедия. Много комедии. Чтобы отвлечь себя от самоубийства. Одна и та же сюжетная линия, снова и снова: революционеры, которые работают на IBM, но не могут полностью перейти к нормальной жизни. Ха-ха, смешно, правда? Я убедил себя, что это глубоко, убедил себя, что больше никто не собирается меня убивать, и поехал автостопом в Лос-Анджелес. Помылся, побрился на Union Station, купил костюм в Армии спасения, прошел весь путь до этого центра духовной чистоты и попытался добиться прочтения своего сценария. Не смог войти, но внизу висела табличка с надписью, что они нанимают страниц. Я притворился здоровым, получил работу. Первые заработанные деньги были потрачены на публикацию этого куска дерьма. Первый тираж в триста экземпляров, второй так и не пошел. Я продал его в консигнационные магазины, так и не увидел ни цента. Узнал, что хиппи-предприниматели — худшие. Узнал, что не собираюсь быть мистером Бестселлером — пора менять тактику. Так что я работал. Каждая никчемная работа, которую мне предлагала сеть.
Я дошел до этого. Не буду утомлять вас подробностями.
«Похоже на американскую мечту».
«Эй, это свободная страна. Действительно свободная. Я понял это на собственном горьком опыте.
Тестирование системы — начиная с самых низов и доводя ее до предела.
Что больше, чем когда-либо делает большинство людей. Это не значит, что в системе не так много прогнившего, но что лучше? Аятолла?
Китайцы? Так что я здесь надолго, пытаюсь прожить каждый день, выплачивая ипотеку. Я знаю, что то, что я делаю каждый день, это не кормление голодающих сирот, это не операция на сердце, но я пытаюсь сделать что-то качественное, когда могу, ладно? Это не лучше и не хуже, чем у кого-либо еще
концерт, да? Это то, чего я хочу сейчас. Быть как все. Влиться в коллектив, сосредоточиться на Терри, научиться быть эгоцентричным. Водить машину с кожаными сиденьями, сидеть в джакузи ночью, слушать компакт-диски и философствовать. Просто проживать каждый день».
Он указал на меня пальцем. «Я платил больше взносов дольше, чем кто-либо другой, кого я знаю, так что забудь о своей вине».
Я сказал: «Твоя вина меня не касается. Другие люди тоже платили взносы. Высшие взносы. Норм и Мельба Грин, остальная часть банды в Bear Lodge. Я уверен, что любой из них был бы рад поменяться с тобой местами».
Он закрыл глаза, потер веки. «О, боже, все возвращается, как колесо, не так ли?»
Я спросил: «Вы ведь были частью группы, не так ли? Почему вы решили не появляться в день большого взрыва?»
« Реши ». Дергается глаз. «Кто решил? Это был несчастный случай — поворот судьба. Если бы я прочитал это в сценарии, я бы назвал это фальшью».
«Как вам удалось сбежать?»
«Я была няней. Отвезла ребенка к врачу».
«Какой ребенок?»
«Малкольм Айзек. Он был болен».
«Почему родители его не забрали?»
«Потому что они тоже были больны. Все они были больны. Блевали своими кишками. Какая-то кишечная штука — диарея, лихорадка. Что-то они съели — испорченное мясо. Я как раз приехал накануне. Было две группы, понимаете. Два кадра. Я был частью второго, передавал сообщения от второго к первому. Мы все должны были собраться через неделю или около того. Тогда я был вегетарианцем. Не ел мяса. Это меня спасло. Меня и другого ребенка».
«Сын Родригеса и Сантаны? Фидель?»
«Фиделито», — сказал он. «Он был совсем младенцем, слишком маленьким для мяса, на смеси, потому что Тереза не могла сосать грудь. Так что он тоже был здоров.
Ползая по складу, толстый и счастливый. Но Малкольму Айзеку было плохо. Очень высокая температура, диарея, он плакал от боли. Мельба беспокоилась об обезвоживании, хотела, чтобы он пошел к врачу, но они с Нормом были слишком больны, чтобы отвезти его сами. Поэтому они попросили меня, и я это сделал. Клиника общественного здравоохранения в Твин-Фолс. Я, он и куча лесорубов и индейцев в зале ожидания. У них была станция кантри-вестерн, и он причитал из-за нее, от боли. Это не впечатлило медсестер. Они увеличили громкость, заставили нас ждать. Портер Вагонер и Долли Партон. Забавно, что ты помнишь, да? Я держал
он вытирал лоб спиртовыми салфетками, когда я услышал это — бип-бип, новостной выпуск, прерывающийся музыкой кантри».
Его собственный лоб покрылся потом. Он вытер его тыльной стороной рукава. «Большой взрыв на складе в Bear Lodge. Никто в зале ожидания даже не слушал — им было все равно. Но для меня это было похоже на то, как будто все обрушилось, как большая дыра в земле
— все просто всасывается в него. А потом появляется парень из ФБР и начинает говорить о какой-то фабрике по производству бомб, лгать сквозь свои выданные правительством зубы, и я понял, что кто-то их подставил. Я знал, что мне нужно бежать».
«Не было никакой фабрики по производству бомб?»
Он с отвращением посмотрел на меня. «Правильно. Сало, сахар, конский навоз и опилки — мы же делали ядерную бомбу , да? Если бы это было так просто, половина ферм в Америке взлетела бы на воздух, прежде чем Ронни Рэй-ган их подставил».
«На половине ферм в Америке нет устройств для розжига».
«Мы тоже. Это либо придумал, либо подбросил этот человек из ФБР.