«Посмотри в книге. Я пройду чертов тест на детекторе лжи, если хочешь».
«Закрой рот!» — сказал его отец. «Больше никаких пустых разговоров!» Он быстро повернулся к Майло: «Теперь ты доволен? Ты выжал достаточно крови из камня? Почему бы тебе просто не оставить нас в покое и не пойти и не поймать нескольких членов банды?»
Майло посмотрел на мальчика. «А как же Мэнди Райт?»
Неподдельное замешательство на бесстрастном лице. «Кто?»
«Боже мой, — сказал Старший. — Отстань!»
«Кен», — сказал Бейтман.
«Кен», — повторил Старший, как будто звук его собственного имени вызывал у него отвращение. Указав рукой на дверь, он сказал: «Вон. Все вы. Это все еще мой кабинет, и я хочу уединения».
ГЛАВА
21
Вернувшись к безымянному, я спросил: «Верить ему?»
«Проститутка, — сказал он, — это именно то, что сделал бы глупый одинокий ребенок. И он, вероятно, недостаточно умен , чтобы спланировать. Если я смогу найти массажистку, и она обеспечит ему алиби, и у меня не возникнет ощущения, что папа заплатил ей, то в списке останется еще один».
«И он, похоже, действительно не знал имени Мэнди».
Он вытащил сигариллу и посмотрел на нее. Теплый бриз дул с Сан-Габриэля, и пальмы, посаженные рядом со зданием, танцевали в линию.
«Итак, пока-пока, комитет. Хоуп, вероятно, убили из-за чего-то в ее личной жизни — эти синяки на ее руке возвращают меня к Сикресту. И/или Крувику, потому что он , вероятно, дурачился с ней. Проблема в том, что я не могу сблизиться ни с одним из них... и я не могу получить четкого представления о Хоуп. Просто полярные мнения — она была Великим Спасителем Женственности, или она была манипулятором, ненавидящим мужчин.
Ничего о ее… ядре».
«Одна из проблем, — сказал я, — заключается в том, что у нее нет семьи, кроме Сикреста. Не с кем поговорить о ее развитии — о ее детстве, о том, какой она была вне своей профессиональной роли».
«Все, что я знаю о ее детстве, это то, что она выросла в том городке Агги.
— Хиггинсвилль. Родители мертвы, братьев и сестер нет. А если у нее и есть дальние родственники, то они должны быть чертовски дальними, потому что после убийства никто так и не вышел вперед».
Он сел в машину.
«И все же, — сказал я, — отсутствие семьи не означает отсутствие семейной истории. Я мог бы поехать в Хиггинсвилл, поспрашивать там. В маленьком городке кто-нибудь, возможно, ее вспомнит».
«Конечно», — сказал он без энтузиазма. «Я позвоню в местную полицию и сообщу им, что вы приедете, посмотрим, смогут ли они предоставить вам доступ к записям. Когда вы хотите пойти?»
«Нет причин, по которым это не может произойти завтра».
Он кивнул. «Одевайтесь по жаре, мы же говорим о фермерских угодьях. Разве там не выращивают артишоки или что-то в этом роде?»
В тот вечер мы с Робин пошли ужинать. К восьми она отмокла в ванне, а я растянулся на диване в своем кабинете, перечитывая стенограммы комитета по поведению. Спайк, что было нетипично, решил остаться со мной. Вероятно, из-за остаточного запаха стейка. Теперь его большая, узловатая голова покоилась у меня на коленях, и он храпел. Ритм был усыпляющим, и горький диалог начал расплываться.
Я ничему не научился, почувствовал, что начинаю задремывать, и понял, что пора остановиться.
Только я положил расшифровки, как зазвонил телефон. Спайк вскочил, отскочил и с лаем побежал к машине-нарушителю.
«Доктор, это Джойс к вашим услугам. На линии женщина, кажется, очень расстроенная. Мэри Фарни?»
Женщина в Женском центре в Санта-Монике. Избитая мать Чениз. «Поставьте ее, пожалуйста».
Резкий голос сказал: «Алло?»
«Это доктор Делавэр. Что я могу сделать для вас, миссис Фарни?»
«Ты дал мне свою карточку — в центре. Сказал, что я могу — ты же тот, кто с полицией, да?»
«Да. В чем дело, миссис Фарни?»
«Я знаю, кто это сделал».
«Кто что сделал?»
«Кто ее убил? Доктор Дивэйн».
Я уже полностью проснулся. «Кто?»
«Даррелл. А теперь он собирается убить доктора Крувика, может, он уже это сделал, не знаю, может, мне стоило позвонить в службу спасения, но я... ты...»
«Даррелл кто?»
«Даррелл... о, Господи, как я мог забыть его имя, он всегда здесь. Он последний от Чениз — Даррелл Балитсер. Он сделал это, я уверен».
"Откуда вы знаете?"
«Потому что он ненавидел доктора Девейна до глубины души. Доктора Крувика тоже. За то, что они сделали».
«Аборт Чиниз?»
«Сегодня вечером он пришел весь такой горячий и сумасшедший, обдолбанный чем-то, орал, прихватив с собой Чениз. Он сказал, что идет туда, чтобы получить
ему!"
«Доктор Крувик?»
«Да, и у него есть Чен...»
«Он ходил в клинику?»
«Нет, нет, он сказал, что уже был там, они были закрыты, это его еще больше разозлило...»
«Куда он делся, миссис Фарни?»
«Другой кабинет доктора Крувика. В Беверли-Хиллз. Я пытался остановить его от того, чтобы он не забрал Чениз, но он оттолкнул меня — я думаю, у него есть нож
потому что я это видел. Но у Чениз нет...
Я поставил ее на удержание, позвонил в 911, сказал им, что проблема в Беверли-Хиллз, и меня перевели.
«Civic Center Drive?» — спросил оператор из Беверли-Хиллз. «Это прямо рядом с нами. Мы могли бы дойти туда пешком».