«Я не могу сказать точно. Я ехал первым и не видел».
Шерил Пассант подняла фотографию. «Я бы не назвала ее горячей».
Майло спросил: «Как давно это произошло, Беттина?»
«Я не могу сказать вам точно, когда именно, но это было задолго до закрытия GHC, я думаю, месяца за два, может, немного больше, где-то за два с половиной».
«Что-нибудь еще ты можешь нам рассказать, Беттина?»
«Нет, сэр».
«Хорошо, спасибо, вы очень помогли. Если вспомните что-то еще, вот моя карточка».
«Она ничего не придумает, поверьте мне», — сказал Пассант. «И дайте мне тоже одну из них».
Мы смотрели, как они уходят: Пассант что-то бормотала, а Санфеличе топала впереди нее.
Майло сказал: «Блонди довольно откровенно подталкивал тебя».
«Вы даже не представляете», — сказал я.
«Серьёзные заигрывания?»
"Вне."
"Ой."
«Я отправлю в департамент счет за внештатную работу в качестве приманки. Пассант что-нибудь добавила, когда вы ее оставили одну?»
«Ничего, она дурочка. Хотя она пыталась подшутить над моими ботинками для пустыни. Если бы она только знала, а? А как насчет Санфеличе у туалета?»
«Пожалуйста, не говори маме. Похоже, Дес был человеком привычки».
«Эта табличка «Убей меня» выглядит больше и ярче. Ладно, мы уходим отсюда».
«Итальянский?»
«Ты голоден?»
«Я так и думал».
«Да, я мог бы проглотить, мы могли бы даже остаться здесь. В качестве альтернативы мы могли бы заказать смешанную закуску, этот зельц с нежными, но дымными нотками, жареные артишоки по-римски, хороший салат с тонко нарезанным пармезаном и пепперончини и сильно вялеными черными оливками, большую горячую миску запеченного зити с панировочными сухарями, посыпанными сверху. Если еще останется место, всегда есть дважды нарезанная телячья отбивная с сицилийским соусом, клин спумони, тройной эспрессо, влитый кофе».
Вытаскивая свою массу из кабинки. «Не то чтобы я об этом думал».
На парковке я сказал: «Отличный боковой проход по собеседованию».
Он ухмыльнулся. «Отличный улов. Я догадался, что тут нужна психологическая чувствительность».
«Польщен».
«Это не имеет никакого отношения к тому факту, что я не сплю с женщинами».
«Мне это никогда не приходило в голову».
"Нет?"
«Кто, как не я, знает о твоей болезненной застенчивости?»
«Честно говоря, Алекс, если бы мы имели дело с мужчинами, я бы вышел и спросил. Потому что мужчины не могут дождаться, чтобы поговорить о своей сексуальной жизни. Я думал, что женщины другие, это было бы как оральная хирургия, но знай. Извини, что тебе приходится иметь дело с отсутствием фильтра у Блонди».
«Боже мой, травма», — сказал я. «Где группа взаимопомощи?»
Он рассмеялся. Стал серьезным. «Замужняя женщина, которая ему в мамы годится, дикая девчонка и застенчивый ботан. Парень был вездесущ».
«Что меня поражает», — сказал я, — «так это то, что никто из них, похоже, не был особенно тронут его смертью. Сначала был шок, но как только он прошел, все трое обсудили его объективно. Так же, как они делали это в коктейль-баре. Он значил для них очень мало в эмоциональном плане и, вероятно, наоборот, но что, если Джейн Доу была другой?»
«Кто-то, с кем Дон Жуан действительно связался. Может быть. Если учесть почтовый индекс, он действительно пригласил ее на шикарное свидание».
Спустя несколько тарелок с итальянской едой я поехал обратно в город через каньон Бенедикт, в то время как Майло позвонил судье, известному тем, что он больше бегло просматривает текст, чем читает, и запросил ордер на обыск дома Десмонда Бейкера.
Следующий звонок был в полицию Санта-Моники, где он любезно поговорил с дежурным лейтенантом отдела убийств, пообещав не задерживать ее детективов, и убедил ее как можно скорее прислать слесаря в квартиру Бейкера.
Мы добрались до Санта-Моники к концу прекрасного дня, проведенного на пляже; бульвар Оушен-Фронт поделили между собой туристы и бездомные с дикими глазами.
Здание Бэкера на улице Калифорния представляло собой четыре этажа белой штукатурки с потеками от дождя, усеянной французскими балконами, слишком маленькими, чтобы быть функциональными, и упирающимися в подземный участок. Вид был на огромный пятиэтажный кондоминиум через дорогу.
В трех кварталах к востоку от пляжа можно было почувствовать запах океана, но не получить большой голубой поцелуй.
Внутри здания было прохладно, серо и стерильно. Слесарь уже стоял у двери на второй этаж Бэкера, выглядя сонным. Он сказал: «Дело об убийстве, да?» и открыл сумку. Майло дал ему латексные перчатки и надел ножны на свои и мои руки. Слесарь сказал: «Должно быть, это что-то важное», и принялся за работу. Засов быстро поддался, квитанция была подписана, слесарь бросил перчатки на ковер в коридоре и ушел.
Я подождал, пока Майло не объявил отбой.
Десмонд Бэкер получил образование в области строительного проектирования и эстетики, но жил в скромном доме с одной спальней и одной ванной комнатой и не предпринимал никаких попыток персонализировать его.