Тело сводит судорога страха, слабеющие пальцы разжимаются. Алекша опустился на колени, коснулся руками палубы. Очередная волна врезается в струг, мокрые доски стремительно уходят из-под ног. Алекша падает на спину, невидимая сила тащит к воде. Сильный удар о мачту останавливает. Инстинктивно обхватывает толстое бревно, взгляд останавливается на корме. Сквозь заливающую глаза воду плохо видно, но всё же удаётся рассмотреть, что чёрное, большое и страшное очень похоже на вырванное с корнем дерево. Вода смыла налипшую грязь и вместо ужасных щупалец обнажились большие и маленькие длинные корни. Ураган сорвал с размытого берега, река утащила в море и вот по прихоти ветра и волн дерево столкнулось с кораблём.
Алекша только сейчас заметил, как высоко задрался нос струга, а корма почти полностью затоплена. Огляделся, увидел - вокруг никого нет. Всю команду смыло волнами. Только длинные вёсла нелепо болтаются в воде, их подбрасывает вверх широкими плоскостями и выкручивает с треском в уключинах, то выворачивает и тянет на дно. Струг стал похож на чудовищное насекомое, беспомощно размахивающее лапками в предсмертной агонии.
Алекша на мгновение расцепил руки, вытер лицо - вода снова залила глаза, нос и рот так, что едва не захлебнулся. Отплевался, затряс головой, поднял глаза - вокруг ни единой живой души, ураганный холодный ветер рвёт воду на куски, швыряет куда попало, молнии полосуют пространство вокруг, гром гремит так, что голову в плечи вколачивает. Струг уже не скрипит, а стонет, раздираемый на части и жить ему осталось ещё самую малость. Ужас смерти заполнил всё естество Алекша, забрался во всё уголки, оглушил и ослепил. Он понял, что смерть близка, как никогда, осталось совсем мало ...
К чёрному нёбу вздымались уже не волны - валы. Когда умирающее судно вознесло на вершину водяной горы, полуослепший и оглушённый грохотом Алекша краем глаза всё-таки заметил рыжий огонёк далёкого костра. Он давно уже не понимал, где море, а где берёг и ему показалось, что костёр горит прямо посреди моря. Ещё успел смутно удивиться, в голове промелькнуло глупое - чего это на воде костёр?
Раздался громкий треск. Мачта, за которую держался из последних сил, вывернуло из палубы как гнилой зуб, с корнем. Что-то жёсткое, режущее захлестнуло руку, обвилось вокруг груди. Сдавило так, что вдохнуть не мог. С душераздирающим скрежетом мачта наклоняется, исчезает в чёрной воде. Сдавило ещё, рёбра хрустят, потом со страшной силой дёрнуло и Алекша молча - воздуха в лёгких нет, чтоб закричать! - летит за борт.
Кипящая вода закрутила, обволокла холодом, жёсткое и скользкое несколько раз мерзко дотронулось до обнажённой кожи. Толстое, как бревно, блестящее тело приблизилось, волна метнула Алекшу навстречу. Он не успел даже сообразить - удар получился такой, словно рыцарский конь лягнул кованым копытом. И сразу наступила тишина...
Яркий, яркий, просто невыносимо яркий свет затопил мозг, будто солнце взорвалось. Солёная кровь залила лёгкие, Алекша отчаянно закашлял, дико изогнулся всём телом, с натужным криком выплюнул из себя сгусток крови. Его вывернуло. Дрожащей рукой протёр глаза. Постоял несколько секунд на четвереньках, шатаясь от слабости. Кое-как встал, открыл глаза.
Вокруг расстилается песчаная равнина, ограниченная с боков неровным частоколом низких скал. Вода плещется в шагах двадцати ниже.
Сёл. Яркое солнце ослепило, поспешно сощурился, закрылся ладонью. Несколько мгновений сидел неподвижно, постепенно приходя в себя. Когда успокоился, обнаружил, что весь опутан верёвкой. Раздражённо сбросил жёсткие путы, поднялся на ноги, сделал несколько неуверенных шагов к воде. Ссадины и царапины на лице, по всему телу раздражающе пекут. Подошёл к воде, наклонился и сразу испуганно отдёрнул руки - вода, ещё вчера чистая, прозрачная, переходящая в синеву в глубине, сейчас была темно-серой, а в двух шагах от берега и вовсе чёрной. Странный неприятный запах исходил от поверхности.
Алекша не рискнул ополоснуться в такой непонятной воде. Повернулся, медленно побрёл прочь. Зацепил ногой какое-то бревно, больно ударился большим пальцем, чертыхнулся. Увидел обломок мачты, опутанный верёвкой. Ей крепился парус на горизонтальной перекладине.
До него только сейчас начало доходить, что благодаря этой верёвке он и спасся - она опутала его, намоталась на обломок и бревно удержало Алекшу на воде. Каким-то чудом это бревно не унесло в море, а выбросило на берёг вместе с ним.
Он ещё раз вздохнул, едкая вонь от воды заставила сморщиться, поспешно зашагать прочь. Обнаружил, что из одежды остались только лохмотья, он бос. Хорошо, что день тёплый, безветренный, а то бы загнулся от холода прямо на берегу, не приходя в себя.
