После службы сенатор провёл всю ночь с книгами, доставленных ему из дворцовой библиотеки, читал летописи историков, жизнеописания далёких предков. Всё больше авторы пишут о развлечениях, о зрелищах и празднествах, всё меньше о подвигах и сражениях. Особенно привлекли внимание старые географические карты. Сопоставляя карты разных лёт, он увидел, насколько уменьшилась территория страны. Вывод был ясен, как божий день - империя умирает. Срок жизни истекает и ничто не сможет излечить её. В самом начале что-то неправильное было заложено в фундамент, теперь всё гигантское здание рушится, медленно, год за годом и что бы ни делали властители, они только растягивают агонию.
На следующее утро посыльный бегом отнёс письмо сенатора Константинопольскому патриарху с просьбой принять по неотложному делу. Патриарх согласился и вечером того же дня сенатор вошёл в зал приёмов. Марцеллий не стал ходить вокруг да около, сразу взял быка за рога:
- Мне горько говорить об этом, святой отец, но мы, ромеи, вырождаемся. Мы уже не хотим служить в армии, не хотим работать. Ромеи желают только получать, а работать и воевать за родину доверяют варварам, которых полным полно и в армии, и в государственных органах. Я был в императорском архиве, смотрел карты. С каждым столетием границы империи сужаются. Мы неуклонно теряем земли, сокращается население и несложно подсчитать, когда разразиться катастрофа.
- Что вы предлагаете? - раздражённо перебил патриарх.
- Сейчас, не торопите меня, святой отец, - взволнованно взмахнул руками сенатор, - я волнуюсь, мне трудно сформулировать мысль... Что есть культура в широком понимании? Это знания в различных областях человеческой деятельности, опыт, информация, накопленная за тысячелетия жизни народа. Всё это воплощается в делах, отражается во всём - в искусстве, в законах, в повседневной жизни людей. Наш язык, наше мировоззрение уникальны и неповторимы и если мы исчезнем, то исчезнет и наша культура. Исчезнет то, что мы называем цивилизацией Восточно-римской империи - не кривитесь, святой отец, мы вышли из Рима - и какие цветы вырастут на развалинах, мы не знаем.
Сенатор замолчал, нервно заходил по комнате. Длинные пальцы урождённого аристократа мнут края длинной византийской туники с такой силой, что крепкая ткань трещала, шитая золотом лорика сплелась в верёвку, висела на плечах, как петля удавки, концы путаются в ногах. Патриарх тоже молчал. Он и сам не раз задумывался над будущим и не видел никакого выхода.
- Может быть, нужна свежая кровь? - неуверенно произнёс он.
- Не поможет, - отозвался сенатор, - её и так в избытке, варвары толпами прибывают в империю. Бывшие пастухи с Карпатских гор становились даже императорами.
- Вы имеете в виду Юстина?
- Да, и его племянника Юстиниана. Они много сделали для империи, но как видите, это не помогло.
- Так что же нужно! - воскликнул патриарх. Вскочил, чёрное одеяние взметнулось вороновым крылом.
Сенатор сёл. Облокачивается на спинку кресла, аристократические руки ложатся на полированные подлокотники.
- Нужен новый народ, - произнёс он, глядя в глаза патриарху.
Патриарх замирает, недоумевающий взгляд останавливается на спокойном лице сенатора.
- Интересное предложение, - согласился патриарх, - только где его взять, этот новый народ? Э-э, постойте-ка, сенатор, вы собираетесь обратить в нашу веру какое-то варварское племя, я правильно вас понял?
- Почти, - победно улыбнулся сенатор, - надо не только обратить в нашу веру, необходимо привить нашу культуру. Новый варварский народ станет домом для души империи, этот народ начнёт мыслить по имперски и государство своё станет строить по образу и подобию Византийской империи. Тело бренно, а душа бессмертна. Душа ромейской державы будет жить! Этим народом станут русичи и покорённые ими племена - русские.
Патриарх подошёл к окну. Отсутствующий взгляд пробегает по залитому солнцем городу. Голова опускается, голос звучит глухо и неуверенно:
- Я не представляю, как это можно сделать.
- Я тоже, - признался сенатор, - но у меня есть некоторые соображения на этот счёт, если позволите, я выскажусь.
Патриарх обернулся, в тусклых старческих глазах блеснула искорка жгучего интереса пополам со страхом. Взглянул на Марцеллия, бескровные губы шевельнулись:
- Прошу.
- Что привлекает варваров? Богатство городов, роскошь знати, уровень жизни, при котором даже простые ромеи живут лучше, чём вожди варварских племён. Благосостояние большей части ромеев является основной приманкой для дикарей. Нам необходимо использовать интерес варварской знати к нашему образу жизни, надо дарить дорогие подарки, предлагать ромеев в воспитатели для отпрысков знатных родов, а главное - насаждать нашу веру и через неё воздействовать на души.
- Мы и так это делаем, - скривился патриарх, - но толку немного.
